Джек, Эд и Талирия обменялись взглядами и молча пошли следом. Они покинули тронный зал через боковой проход, коридоры цитадели были широкими, со сводчатыми потолками и мощными колоннами, вырезанными из цельных блоков чёрного вулканического камня. Повсюду виднелись гравированные символы и боевые сцены, отлитые в бронзе и золоте — история клана Моргар запечатлённая в металле и камне.
Наконец, их провели в огромную комнату. Металлические двери с гравировками мягко зашипели, открываясь внутрь. Комната была спартанской, но удивительно уютная. Вместо обычной мебели — тяжёлые кресла и диваны, обитые густым серым мехом неизвестных зверей, вероятно, добытых в охотничьих угодьях Краноша. В углу — массивная кровать, покрытая шкурами и украшенная символами клана. Стены мерцали встроенными панелями: по голосовой команде можно было вызвать голограмму, настроить освещение, температуру или вызвать еду.
— Ну... — пробормотал Эд, плюхаясь в кресло, — не отель на Куросе, но тепло, мягко и не пахнет тухлой рыбой. Уже прогресс.
Талирия огляделась с любопытством, осторожно трогая мех и осматривая панель управления на стене.
— Удивительно… — сказала она. — Варварская эстетика, но с высоким уровнем инженерии. Противоречие, достойное уважения.
Джек прошёлся по комнате, затем остановился у широкого окна, за которым виднелся бурый закат над вулканическими горами. Он слегка вздохнул, вглядываясь в горизонт. Через день должен был состояться поединок, и ставки в нём были выше, чем жизнь.
Гронтарский воин, высокий и мускулистый, всё ещё стоял в дверях, как чёрная статуя в углу комнаты. Джек, заметив его молчаливое присутствие, обернулся и прищурился.
— Слушай… мы вообще можем выходить? Или нам сидеть тут, как заключённым? — спросил он с лёгкой усмешкой.
Воин чуть кивнул.
— Вы — гости клана Моргар. Вам разрешено свободно передвигаться… там, где это не запрещено.
— А как мы поймём, где запрещено? — вмешался Эд, лениво потянувшись на меховом кресле.
Ответ гронтара был сухим, словно отполированный камень:
— Вас там просто убьют.
— Хех… вполне доходчиво, — пробормотал Эд, почесав подбородок. — Чёткая система навигации.
Но гронтар не сдвинулся с места. Он стоял, словно колосс, не отводя взгляда от Джека.
— Что-то ещё? — спросил Джек, нахмурившись.
Воин сделал полшага вперёд. Его голос стал ниже, почти шепотом, но всё ещё гремел, как далёкий гром:
— Весь наш клан знает тебя, Джек Рэндэлл. Мы видели записи с битвы за Ска’Рис. Мы видели, как ты стоял до конца… против десятков. И ещё больше нас поразило то, что ты сделал сегодня.
Джек чуть пожал плечами.
— Я просто сказал, что готов быть кланом Таргуса. Не думал, что это произведёт впечатление.
— Это больше, чем ты понимаешь, — сказал гронтар. — Быть кланом — значит принять кровь и честь другого. Ты, человек, вызвался стать его щитом… и его мечом. Выбрать новый клан — это поступок, на который не каждый из нас осмелится. Далеко не каждый...
Талирия, сидящая у низкого стола, подняла брови.
— А что за испытание? — спросила она. — Что Джек должен сделать?
Воин покачал головой.
— Я не знаю. — Он слегка помрачнел. — Испытание определяет Вождь. Но оно всегда требует доказательства. Ты должен показать, что готов отдать жизнь за Таргуса.
Он сделал паузу, и в его взгляде появился странный оттенок — смесь уважения и тревоги.
— А значит… ты должен умереть.
Комната на секунду погрузилась в гробовую тишину.
— Вот это поворот… — медленно проговорил Джек, глядя на воина.
Эд усмехнулся, но его улыбка быстро исчезла.
— Ну… надеюсь, это будет метафора, а не буквальная часть плана.
— Что такое метафора? — спросил гронтар в недоумении.
Ему никто не ответил. Тогда он развернулся и скрылся за дверью, которая с мягким шипением закрылась, оставив команду в молчаливом раздумье.
Джек уселся на край широкой кровати, обитой мехом, и уставился в потолок, где сквозь панельные окна мерцало звёздное небо Краноша. Эд ходил по комнате, шаркая ногами, а Тали сидела в кресле, обвивая себя руками — в задумчивости.
— Ну и влипли мы, — первым нарушил молчание Эд. — Джек, ты в курсе, что только что подписал себе смертный приговор?
— А что я должен был сделать? — устало отозвался Джек. — Сказать «нет» и бросить Таргуса? Он бы погиб, а нас бы вышвырнули отсюда без шанса хоть что-то изменить.
— Да я не спорю, — Эд вздохнул. — Просто… "ты должен умереть", знаешь ли, не лучшая формулировка. Это не испытание, это похоронный анонс.
— Может, они не буквально это имели в виду, — сказала Тали, задумчиво глядя на мех под ногами. — У гронтаров многое обёрнуто в символику. Может, "умереть" — значит пройти через нечто такое, что сломает, очистит, изменит. Перерождение, как у них в древних мифах.
— Ну да, или "умереть" — это когда тебе голову с плеч сносит топором воин весом в полтонны, — буркнул Эд. — Они буквально поединки насмерть устраивают по вопросам наследства.
— Я не жалею, — тихо сказал Джек. Он выпрямился и посмотрел на друзей. — Таргус — наш друг. Он вытащил нас не раз. И я знаю, что если бы ситуация была обратной, он бы за меня пошёл в огонь.
