Эд сидел в кресле второго пилота, его руки мертвой хваткой держали рукоятки управления, а на лбу проступили капли пота. Его лицо было бледным, глаза застыли в выражении безмолвного страха.
Таргус, огромный и внушительный, казался изваянием из камня. Он стоял в коридоре, опираясь на переборку, его мышцы напряжены, словно каждое движение давалось ему с невероятным трудом. Но на его лице... Джек едва мог поверить. На лице этого гиганта был страх.
— Он играет на их чувствах, — продолжил Каэл, не отрывая взгляда от Джека. — Он вызывает их самые страшные страхи, самые болезненные воспоминания. Их разум борется, но они не справятся в одиночку.
— Что я должен сделать? — прохрипел Джек, чувствуя, как холодный пот стекает по спине.
Каэл подошёл ближе, его глаза смотрели прямо в душу.
— Ты должен помочь своей команде. Они верят в тебя, Джек. Если ты дашь слабину, они падут. А если падут они, падём мы все.
Джек посмотрел на своих друзей. Их страдания были слишком реальны. Он хотел закричать, встряхнуть их, но что-то внутри остановило его. Он вспомнил взгляд Лучика, её слова.
— Ты готов? — спросил Каэл, и Джек только кивнул.
Каэл закрыл глаза, и Джек почувствовал, как что-то невероятное охватило его разум. Границы между личностями растворились. Больше не было "я" и "они". Они стали единым целым. И тут он увидел их страхи.
Таргус. Этот мощный воин, который всегда был опорой команды, оказался охвачен ужасом. Джек видел его мысли, его прошлое. Планета в огне, тела его отца и братьев лежат в развалинах, и он ничего не может сделать. Он боится не только этого воспоминания, но и того, что никогда не сможет вернуться домой и отомстить за их смерть. И ещё сильнее — что подведёт Джека.
Эд. Верный друг, надёжный второй пилот. Его страх разрывал душу. Он чувствовал, как годы берут своё. Его движения стали медленнее, а реакции не такими острыми. Он боялся, что просто не сможет довести дело до конца. Но самый глубокий страх был связан с Джеком. Эд никогда не говорил этого, но давно чувствовал себя его отцом. Потерять Джека стало бы для него невыносимой болью.
Лия. Она была словно сломанная птица, которой снова дали крылья, но которая не верила, что сможет взлететь. Её прошлое — это тень ошибок и боли, которые она не могла забыть. Она боялась, что её недостатки, её слабость станут причиной гибели команды. Но глубже всего в её душе таился другой страх. Она боялась, что те чувства, которые зародились у неё к Джеку, останутся без ответа.
— Джек, — голос Каэла эхом прозвучал в его сознании. — Ты видишь. Ты чувствуешь. Теперь помоги им.
Джек сжал зубы, чувствуя, как его сердце разрывается от боли.
— Вы не одни, чёрт вас возьми, — прошептал он, будто это могло донестись до каждого из них.
Джек ощутил, как невидимая, но невероятно мощная сила начала струиться через него, заполняя каждую клеточку его тела. Она была подобна теплому течению, мягкому, но неукротимому, как река, которая всегда находит свой путь. Это была не просто энергия — это была связь, нечто глубже, чем он мог представить.
Сила словно исходила не только от него, но и от тех, кто был рядом. Она текла сквозь Джека, переплетаясь с его мыслями, страхами и надеждами, и становилась частью его самого. Ему казалось, что эта энергия обладает собственной волей, и её цель была ясна: исцелить тех, кто был ему дорог.
Он закрыл глаза и направил этот поток на своих друзей. Джек чувствовал, как сила проникает в них, охватывает их души, словно невидимая рука, осторожно смахивая пыль страха, боли и сомнений. Это было похоже на объятие, но не физическое. Он обнимал их всех сразу, словно весь их мир был укрыт его руками.
— Всё будет хорошо, — прошептал он, но его голос звучал как раскат грома в их общем сознании. — Я обещаю.
Он ощутил, как дрожащая душа Лии откликается на его прикосновение. Лия была как маленький хрупкий огонёк, готовый погаснуть. Её страх — подвести всех, снова сделать ошибку, снова оказаться недостаточно сильной — был похож на ледяной гвоздь, вбитый в её сердце.
— Ты сильная, Лия, — сказал он, даже не двигая губами. Его слова стали теплом, растапливающим этот лёд. — Ты уже здесь, ты уже сражаешься. И ты важна. Ты нужна нам. Ты нужна мне.
Лия перестала дрожать. Её дыхание выровнялось, и в её сознании засиял лучик надежды.
Затем он обратился к Эду. Джек чувствовал, как страх его друга давит на него, как груз, который невозможно сбросить. Эд боялся подвести всех, боялся собственной смертности, но больше всего — потерять тех, кого он любил, потерять Джека.
— Ты всегда был для меня больше, чем друг, — мысленно сказал Джек. — Ты мой наставник, мой компас. И сейчас я нуждаюсь в тебе, как никогда. Ты справишься. Мы справимся вместе.
Эд, казалось, услышал эти слова. Груз немного ослаб, и в его сознании появился свет — это была вера, которую Джек передал ему.
Когда Джек сосредоточился на Таргусе, он почувствовал, как огромная сила этого воина сжимается под тяжестью страха. Он видел его прошлое: огонь, разрушения, утраты. Видел, как тот снова и снова винит себя за то, что не смог защитить свою семью.
