— Смотрите! Вот он, очередной наш шанс на новую жизнь! Вот он, новый человек! Не побоявшись смерти, презирая монстра, Трепло смог добыть нечистую душу! — О как, это кличка получается, а не оскорбление. — Презирая свое существование, Трепло поглотил нечистую душу и будет перерожден! Он — существо нового вида! Он — новый герой! Он — такой, каким может стать каждый из вас! Он — новая гвардия нового мира! Смотрите на рождение будущего хозяина этого мира! Смотрите и плачьте над своей нерешительностью! Этот человек — уже не Трепло, он сказал свое слово и сдержал его! Трепло умер! Смотрите на рождение нового человека! И я даю ему новое имя! Его имя — Камень!!! И дух его твёрже имени!
Заведенная эмоциями, лившимися через край в речи Монаха, толпа вновь заревела. Некоторые начали выкрикивать «Ка-мень, ка-мень», другие вновь завели кричалку про Монаха. Раскинув руки в стороны и удерживая громадную железяку в одной из них, как легкую палочку, лидер всего этого сбора наслаждался шумом, буквально купаясь в звуковых волнах.
«Нечистая душа» — это, похоже, вирусный кристалл. Интересное название, религиозное, да и происходящее очень даже напоминает сатанистский ритуал. Слова Монаха, пусть и несущие сумашедшиной, накрутили толпу почти по электризации.
Внезапно лежавший перед Монахом человек, ранее носивший позорную кличку Трепло, а теперь поименованный в Камень, дернулся и попытался выгнуться, натянув цепь на груди. Видно мне было плохо, широкая спина в сером плаще загораживала большую часть алтаря. Конечности человека, звездой прикованного к каменной плите, напряглись, цепи звякнули.
Толпа молчала, в сотни глаз напряженно уставившись на происходящее. Монах отошел к другому краю плиты и стал в голове оборванца, открыв мне обзор. Трепло-Камень стал дергаться все сильнее. Видно было, что это причиняет ему сильную боль, он громко застонал. Воткнув меч в землю, Монах схватил лежащего за голову, которой Трепло несколько раз уже ударился о плиту. Обращаясь к толпе, Монах выкрикнул:
— Рождение — это страдание и боль! Только через боль, кровь и смерть мы сможем вернуть нам наш мир!
Затихшая толпа ещё чуть подалась вперёд. А посмотреть было на что. Корчившая Камня боль была не самым ярким впечатлением. Его руки вывернулись в суставах, пальцы скребли площадку алтаря, цепи звенели все сильнее и резче. Он не кричал, голова была прижата мощными руками Монаха, но все остальное тело стало меняться. На моих глазах на тщедушном тельце оборванца нарастали мышцы, удлинялись кости и хрустели суставы, перестраиваясь под новые требования организма. Быстрота происходящего поражала, всего через пару минут все было закончено и под цепью алтаря лежало новое существо.
Обвитые мускулами ноги и руки заканчивались черными когтями, внизу квадратного пресса из прорехи штанов в небо вставало огромное что-то, ничуть не напоминающее мужской член, грудь придавили две плиты мышц, колонну шеи венчала голова с лопоухими ушами и свиным рылом. Вытянутая вперед пасть с торчавшими клыками и нависавшие над небольшими глазами надбровные дуги завершали картину. Свиная голова на гипертрофированном мужском теле — вот что получилось в результате этого адского ритуала. Монах махнул рукой — к свину подскочили добровольцы и отцепили его привязи. Камень встал на ноги рядом с алтарем, оказавшись ростом почти на голову выше Монаха. Штаны не выдержали напора перекачанной плоти и с треском разошлись почти по всем швам, явив взору ещё и завиток хвостика между крепких ягодиц. Не знаю как, но у меня получилось сдержаться, чтобы не заржать во весь голос от такого максимализма в анатомии.
Существо, всего несколько минут назад бывшее человеком по кличке Трепло, пробасило в лицо опершегося на меч Монаха:
— Монах! Я — Камень! Я служу тебе!
— Пойдем, мой новый гвардеец. — Монах обернулся к толпе. — Наша армия растет и скоро мы дадим бой! Будем бить врага его же оружием! Готовьтесь, новый ритуал проведем на рассвете. Идём…
Он кивнул свиноподобному Камню и тот послушно зашагал вслед за ним, великаном возвышаясь над расступающейся толпой. А над его головой красными буквами светили слова: «Камень, уровень 5».
Когда они вошли в кинотеатр, вслед за ними потянулись и остальные. Спустя пять минут в сквере остался только я со своими зверьками, да и мы поспешили убраться подальше и побыстрее.
Случившееся на моих глазах действо надо было обдумать, но наступавший вечер времени на это не оставлял. Предстояло дойти до библиотеки.
