Она прижалась ко мне, обхватила своей рукой мою левую руку, держащую лук, подняла, показал способ фиксации, не натягивая тетиву. Мою щеку согрело тепло ее дыхания. От волос, запрятанных под шапку, шел едва уловимый запах луговых трав. Тетка Зайчиха исправно следит за состоянием своих подопечных — Иримэ и Кели, и дает им какой-то местный аналог шампуня. Говорит, укрепляет волосы до самых корней. Девчонки, кажется, прижились у нее, и не собираются переселяться в казармы. Лифанор этому обстоятельству рад, хотя и не подает виду. Присутствие двух молодых эльфиек на Базе его, безусловно, напрягает. Бойцы-эльфы косяками ходят вокруг жилища Зайчихи, что приводит в бешенство старшину. Он тут же загружает работой личный состав, пусть даже и бесполезной, лишь бы не видеть хороводы из окна штаба. Лифанору очень понравились две мои сентенции по этому поводу. Первая гласила: солдат без работы — враг общества. Вторая его приводила в восторг: чем бы солдат ни занимался — лишь бы за… кхм. Ладно, я лишь просил, чтобы командир Базы не сдал меня, как провокатора. Действительно, гарнизон «Наконечника» был в недоумении от бесполезности некоторых производимых ими работ. Но, благодаря таким своевременным действиям были укреплены ворота, возведена еще одна смотровая башня, на которую подняли пушку, бесцельно стоявшую во дворе. Теперь она грозно смотрела в сторону вероятного прорыва тойонов. Ее целую седмицу пристреливали, перемолов заросли кустарника и молодой ельник в кашицу. С внешней стороны общими усилиями Базу опоясали широким, но неглубоким рвом. Соорудили мостик, по которому теперь можно было попасть вовнутрь. В общем, обычная гарнизонная работа.
— Смотри, Хват поднял косого! — воскликнул я, натягивая тетиву. Лук приятно заскрипел. Я за эти месяцы неплохо освоил стрельбу из этого замечательного оружия, но все-таки предпочитал огнестрел. Мечтаю пострелять из гномьего ружья, но Фарин, жадина, не дает. Боеприпасов ему жалко, видите ли!
— У тебя есть девушка? — вдруг спросила Кели.
Лук дернулся в руках, и стрела ушла куда-то вверх. Хват озадаченно гавкнул. Томак крутился где-то возле лошадей, и хорошо, что ничего не слышал.
— Не понял, — лицо у меня, наверное, было глупым-глупым.
— Не делай вид, что ничего не понял, — румяные от мороза щеки эльфийки еще больше запунцовели.
— А нужно ли об этом сейчас говорить?
— Дело твое, — пожала плечами Кели слишком уж безразлично.
Ох, неужели эльфийка так ко мне прикипела? Что нашла-то во мне?
— Ее зовут Аня, Анэль, — сознался я, не делая попыток отстраниться от Кели. — Понимаешь, она осталась там, куда я не могу вернуться. Пока не могу. Но не знаю, вернусь ли…. И это меня больше всего злит, эх!
А мысли предательским образом переметнулись к Мирине. Ну, вот как тут быть? Значит, не было чувств к Ане? Простое физиологическое влечение, и не более того? Я помотал головой, выбрасывая из головы ненужные мысли. Не сейчас. Предстоящий поход волновал меня куда больше. Простая железная логика шептала мне все время: она осталась там, в неведомой дали, а Кели — рядом, прижимается к тебе, делает толстые намеки на тонкие обстоятельства. А где-то в сотнях поприщах еще одна девица, на которую ты запал. Бабник позорный!
Кели молча отодвинулась от меня, поправила шапку, и по натоптанной среди снежных сугробов тропинке пошла к лошадям. Хват потрусил за ней, поматывая хвостом. Полный игнор! Нифига себе, эльфийский заговор!
Мы возвращались на Базу, растянувшись по дороге, тем самым нарушая правила передвижения мелкими группами вдали от пункта дислокации. Напади сейчас на нас тойоны — одного или двух бойцов Лифанор точно бы не досчитался. Но на наше счастье лесовики предпочитали весь зимний период сидеть в своей глуши и точить убогие мечи. Набеги начнутся, как только наступит весеннее равноденствие.
Лифанору доложили о нашем косяке на марше. Старшина вызвал всю троицу в штаб и всыпал по первое число. Особо досталось Кели. Бедная девочка приняла на себя весь гнев командира, но ни одного слова в свое оправдание не произнесла.
— Идите, вечером ваша группа заступает в караул, — сказал, смягчаясь, эльф. — А ты, Кос, останься. Есть пара слов для тебя. Хват, а ты чего сидишь? Быстро исчез с моих глаз!
Наглый пес перевел взгляд на меня, даже не сдвинувшись с места. Проходящая мимо него Кели цапнула его за ошейник и с неженской силой потянула его за собой. Глэйв заскреб когтями по полу, оторвал нехотя свой мохнатый зад и поплелся вон из штаба. Лифанор с какой-то задумчивостью посмотрел на эту картину, потом отошел к шкафу, открыл его, что-то достал и бросил на стол. Это был конверт, плотно набитый бумагами и с большой сургучной печатью посредине. Шелковая шнуровка пронизывала весь пакет, и кончики веревки тоже были запаяны сургучом.
— Здесь копии карт, составленных вашей группой. Восемь маршрутов до Тракта, еще два — на три поприща вдоль дороги. Конверт доставишь в штаб Главного Управления, найдешь там бригадира барона Рафуса, командующего отдельным эльфийским полком, передашь ему.
— Почему ему, а не в оперативный отдел? — удивился я.
