Лейсан Гильмутдинова, «Песенка про тигра»
Садина Оркен:
Несмотря на то, что у неё теперь были новые хозяева, она отнюдь не забросила прежнюю работу. Наоборот, наличие новых задач, как ни странно, позволило гораздо эффективнее решать старые.
Бойцовый раб — это совсем не то, что какой-нибудь подметальщик или постельная рабыня. Бойцовый раб в Зелтобле — особенно не то. Если, конечно, он что-то из себя представляет на арене, а не является просто мясом для разогрева зрителей.
Тут возможны разные комбинации. Слабого раба у слабого хозяина быстро отнимут, хочет он того или нет. Слабый раб для сильного хозяина будет именно вещью — тем, что обычно представляется при слове «раб». Слабый хозяин для сильного раба будет в лучшем случае просто нанимателем, в худшем, если заартачится и попытается слишком активно нагибать — его нетрудно и сменить.
У Садины, правда, был четвёртый случай, самый сложный — сильный раб при сильном хозяине, да ещё и не одном. Она до сих пор толком не понимала, кто же такие Ларкберг и его друзья, но в том, что они не просто сильны, а чудовищно сильны, уже не сомневалась. Во всех смыслах понятия «сила»: физическом, магическом, политическом и финансовом. Это могло бы породить серьёзный конфликт, но к счастью, никто из них не пытался слишком сильно на Садину давить. Кроме Кё, но ему много воли не давали. Вот он сразу предложил поменять рабскую печать на более мощную и надёжную — но Ларк отмахнулся, сказав, что и так сойдёт, и Кё не стал настаивать. А ту, что была на ней сейчас, Садина вполне могла терпеть, даже в режиме максимальной боли. Ставили её не лучшие специалисты и не за самые большие деньги. Убить ТАКОГО носителя ей и вовсе было не под силу.
Но, даже имея принципиальную возможность это сделать, девушка не собиралась бунтовать. Новые хозяева ей сильно помогли. И не только своим странным способом прокачки. Узнав, что она искала рабов из Луророны и сражалась в колизеях, чтобы собрать достаточно денег на их выкуп, все трое не только не потребовали от неё прекратить маяться ерундой, как Садина опасалась, но даже предложили свою помощь. Ларк попросил рассказать, чем конкретно ей так дорога эта маленькая деревушка в Мелромарке. Немного помявшись для виду, она рассказала ему историю гибели деревни на Волне и её разграбления соседями. А вот про Рафталию не сказала — тайну её происхождения не следовало знать даже самой Рафталии. Упомянула девочку-енота коротко, наравне с остальными — просто как одну из любимых воспитанников.
— Не понимаю, — помотал головой Ларкберг. — Это напоминает мне анекдот про пьяницу, который ищет ключи от дома не в темноте у порога, где потерял, а под фонарём, где светлее. То есть хорошо, допустим, работорговцы Мелромарка просто не стали бы слушать получеловека. Но ведь пленники из Луророны всё равно у них. Победы в Зелтобле никак их освобождение не приблизят…
На «пьяницу» Садина фыркнула ультразвуком, так что хозяин поперхнулся — да, выпить она любила, но её боевой эффективности это никогда не мешало! А вот с остальным пришлось снизойти до разъяснений:
— Большинство работорговцев Мелромарка — не независимые предприниматели. Это филиалы, открытые или скрытые, более крупных компаний Зелтобля. Поэтому если некий ценный раб появляется на рынках Мелромарка — его найдут и в Зелтобль доставят. За дополнительную плату, конечно, это совсем другие цены — но в принципе тут можно кого угодно и откуда угодно добыть, только плати.
— Это почему? — заинтересовался Кё, который до этого слушал беседу молча и вполуха, копаясь в своей Книге. — Куда делись собственные работорговцы Мелромарка? При тамошнем расистском строе им должно быть раздолье…
— Да никуда не делись, — пожала плечами косатка. — Сидят там же, где и сидели, просто вписались в торговую сеть Зелтобля. Есть такая поговорка, что две трети граждан Зелтобля в нём не родились, а треть — никогда там не были. Это, конечно, преувеличение, но не такое большое. Зелтобль крышует наёмников, работорговцев и торговцев оружием по всему миру. Это главный торговый хаб континента. Как только ты начинаешь что-то из себя представлять в этом бизнесе — ты сам со всех ног к ним бежишь, оформлять заявку на вступление. Быть членом крупной корпорации всегда выгоднее и безопаснее. Особенно в таких делах.
— А что мешает другим странам самим создать у себя крупные корпорации и крышевать бизнес на государственном уровне?
