— Поздно. Место уже занято. Ещё лет сто назад благородные рыцари не желали знать низменных купеческих дел. А когда спохватились — у Зелтобля уже было всё схвачено и за всё заплачено. Некоторые пробовали использовать протекционистские меры, запрещать у себя в стране деятельность его купцов или вводить громадные пошлины…
— Как понимаю, это было всё равно, что руку себе отрубить?
— Именно. Такие вылетали с рынка со свистом, потом десятилетиями платили отступные, чтобы их назад приняли.
— И всё-таки странно, — протянула Терис. — Почему глобализовались именно эти сферы? Почему, например, торговля зерном в каждой стране своя, алкоголем — тоже, а все оружейники под крышей Зелтобля?
— Все более-менее крупные оружейники, которые работают более чем на один город, — поправила Садина. — Местные лавочники его не интересуют. А что до торговли зерном… Понимаете, Зелтобль занимается всеми сферами торговли, где товар… обладает индивидуальностью, так сказать. Где каждое изделие уникально, не похоже на другие. Такие сферы государству труднее взять под контроль, и потому Зелтобль успел первым. А короли и губернаторы выступают гарантами сделок в поставках тех грузов, которые считают на тысячи и миллионы, и где одну потерянную партию товара можно заменить другой точно такой же.
— То есть, — как-то напряжённо спросила Терис, — ювелирное дело тоже в основном под рукой Зелтобля?
— Ну да, преимущественно. А что?
— Ничего… это так, личное…
— В общем, с людьми это работать не будет, — сказал, как отрезал, Кё.
— Он прав, — вздохнула Терис. — Разместив заказы на добрую сотню людей из одной и той же деревни, ты сразу привлечёшь спекулянтов, которые займутся их перепродажей. Итоговая цена получится… неподъёмной. Ты столько не заработаешь, а если мы все скинемся — может и хватит, но останемся без оправы.
— Я уже разместила… — смущённо пробормотала Садина. — Не на всех, правда, только на самых заметных… но человек на тридцать… и цены уже начали расти.
— Ну что, поздравляю, приехали, — фыркнул Эснина. — Отличная работа! И почему я вынужден постоянно тратить своё время на дураков? Сначала Ларк и девки, теперь ещё ты…
— Ой, да не будь таким злюкой, — фыркнул не менее ехидно в ответ Ларк. — У тебя же определённо есть план на такой случай…
— Ну конечно есть, а то что бы вы без меня вообще делали! Только с чего вдруг я должен им делиться? Что мне за это будет?
Остальные хозяева как-то смущённо переглянулись.
— Если я поделюсь с тобой методом усиления Косы, это будет достаточной платой? — поинтересовался Ларк.
Глаза за стёклышками очков жадно вспыхнули. Садина не знала, что такое метод усиления, но похоже, это было что-то невероятно ценное. Ей даже стало неловко, что Ларк жертвует таким ради неё. Однако спасти Рафталию было важнее, чем демонстрировать благородство, так что гладиатор промолчала.
— Более чем! Говори!
Идея Кё была проста, но весьма эффективна. Нанять несколько шпионов распустить слух, что кто-то охотится за рабами из Луророны… причём не остановится перед их приобретением как законным, так и незаконным способом.
А потом эти рабы начали попросту исчезать из своих загонов. Классический метод побега, практикуемый почти всеми Героями испокон веков — кинуть узнику приглашение в пати, потом телепортироваться вместе с ним. Этот метод совсем не был непобедимым — существовало множество способов ему противостоять. Зачаровать землю, где содержались рабы, на невозможность телепортации. Или установить за ними круглосуточное наблюдение. Или выставить такую плотную охрану, чтобы никто не мог приблизиться на дистанцию приглашения в пати. Или через рабскую печать запретить принимать подобные приглашения (правда, четвёртый метод требовал точного понимания, как именно осуществляется похищение — три других могли сработать и наобум).
Но все эти меры имели один общий недостаток — они вынуждали рабовладельцев тратить деньги, вместо того, чтобы их зарабатывать. Стоимость содержания рабов из Луророны росла, а предлагаемая за них цена — нет. Даже наоборот — как частные рабовладельцы, приобретавшие рабов для себя, так и спекулянты, приобретавшие их для перепродажи, не могли себе позволить таких мер охраны, как крупные торговые компании. У них рабы исчезали гораздо быстрее. И они начали отказываться от подобных сделок.
Допрос оставшихся луроронцев под печатью ничего не дал — они сами не знали, кто их крадёт и зачем.
Поэтому, когда нанятые Садиной посредники начали скупать её односельчан по той цене, которую она за них предложила изначально, почти никто не торговался. А у самых упрямых начали исчезать и другие рабы, к Луророне отношения не имевшие.
Недели за три Садине и её новым хозяевам удалось собрать почти всех пленников, что оставались на рынке. Не только в Зелтобле, но и в Мелромарке — и доплачивать за вывоз не пришлось, телепортация Героев в сочетании с абсолютно человеческой внешностью (и природой) Ларка решили вопрос.
