Жанна Лябурб, как никто иной в Иностранной коллегии, умела быстро находить среди французских солдат и матросов сочувствующих делу революции, поручала им распространение газет и листовок, создавала с их помощью на кораблях и в воинских частях революционные «группы действия», которые впоследствии возглавили восстание французских моряков и солдат. Вечерами Жанна Лябурб посещала кабачки и рестораны, где собирались солдаты и моряки. Здесь призывно звучала ее сильная и красивая речь, всегда полная захватывающего революционного порыва.
Трудно сказать, как удавалось Жанне Лябурб поспевать всюду. В течение вечера она выступает в двух-трех кафе и ресторанах, к утру подготовит текст листовки или статью в «Le communiste», днем участвует в заседаниях областного комитета партии, президиума Иностранной коллегии, инструктирует агитаторов-французов, распределяет листовки и газету по воинским частям.
Она была подлинным олицетворением преданности великому делу пролетарской революции.
Ближайшим помощником Жанны Лябурб по работе среди французских военнослужащих был член большевистской партии с 1905 г. революционер-профессионал Яков Леонтьевич Елин.
Уроженец Киева, Елин провел детские и юношеские годы в Одессе. В революционных событиях 1905–1907 гг. он принял самое активное участие. За принадлежность к большевикам в 1907 г. подвергся аресту и, просидев в тюрьме семь месяцев, был выпущен под надзор полиции. Но это не «образумило» юношу, а лишь укрепило его в убеждении о необходимости решительно бороться с царским самодержавием. Чем больше преследовала его полиция, тем настойчивей, с исключительной смелостью и находчивостью выполнял он задания подпольной организации. В 1908 г. агенты царской охранки вновь пытались арестовать Елина, однако, предупрежденный товарищами, он успел скрыться и нелегально перебраться за границу.
Яков Елин
Прибыв во Францию, где в то время находилось много русских революционеров-эмигрантов, Елин работал слесарем, а затем мотористом на автомобильном заводе в Париже. Одновременно упорно занимался политическим самообразованием, участвовал в различных дискуссиях, которые часто тогда устраивались, горячо отстаивал ленинские позиции. В Париже Елин отлично овладел французским языком. Веселый и общительный по натуре, он настолько сблизился с многими французскими рабочими, что они считали его своим человеком, чуть ли не земляком, запросто называли Жаком.
Когда в России свершилась Февральская революция, Елин возвратился на родину, работал в петроградской большевистской организации, активно участвовал в Октябрьском вооруженном восстании. Вскоре он выехал в Одессу, где в то время власть захватила буржуазно-националистическая Центральная рада. Будучи мотористом на самолетостроительном заводе «Анатра», Яков Елин вступил в Красную гвардию и в январе 1918 г. участвовал в вооруженном восстании одесских рабочих против гайдамацких банд Центральной рады. В результате трехдневных боев на улицах города гайдамаки были разбиты и в Одессе победила Советская власть.
С приходом в Одессу австро-германских оккупационных войск Елин, преодолев многочисленные трудности, приехал в Москву. Когда же началась англо-французская интервенция на юге России, Центральный Комитет партии направил его в Одессу для подпольной работы среди войск интервентов. Прибыв в декабре 1918 г. в Одессу, Елин стал одним из организаторов и активных деятелей Иностранной коллегии. Во французской группе он возглавил агитационно-пропагандистскую работу среди моряков. Работал он под кличкой «Иван Долгополов».
Первая его встреча с французскими военнослужащими произошла в погребке «Абхазия» на углу улицы Полицейской и Красного переулка. «Случайно» разговорившись с соседями по столику, Елин знакомился с ними. На первых порах это был наиболее действенный прием установления связей с солдатами и матросами французских войск. После знакомства обычно начиналась оживленная беседа, в которую Елин осторожно вкрапливал кое-что на политические темы. При следующих встречах политические вопросы обсуждались уже более широко. Елин рассказывал французам, кто такие большевики, каковы их цели. Вскоре Елину удалось найти среди французских матросов несколько своих давнишних парижских приятелей, в прошлом рабочих. Под влиянием встреч и бесед с Жаком они скоро сделались самыми горячими сторонниками большевиков и охотно выполняли задания Иностранной коллегии, вовлекали в работу все новых и новых товарищей.
Блестящее знание языка позволяло Елину, когда нужно было, выдавать себя за француза. Даже многие знавшие его французские моряки отказывались верить, что Жак — русский.
Однажды в ресторане «Открытие Дарданелл» во время беседы с французскими моряками белогвардейский патруль арестовал Елина и повел его в полицейский участок. Увидев идущих навстречу двух французских офицеров, Жак обратился к ним:
— Господа офицеры. Я — французский гражданин. Эти русские задержали меня и ведут неизвестно куда.
