Поведение Щ-307 разительно отличалось от поведения других кораблей КБФ, которые в соответствии с составленным штабом КБФ планом бросили транспорты и максимально полным ходом ушли в Кронштадт. Не пришла на помощь караванам и своя авиация. Причин, в том числе и уважительных, почему корабли и самолеты не смогли защитить пароходы, было много, но тогда в августе 1941-го участниками перехода все это расценивалось как предательство. В течение полутора суток прорыва Балтфлот потерял 22 корабля и катера, а также 43 транспорта и вспомогательных судна (почти все крупные суда, принимавшие участие в переходе), но что еще горше – погибло свыше 11 тысяч эвакуируемых. На всех, кто видел картину последовательного уничтожения беззащитных пароходов и массовую гибель людей, все это произвело неизгладимое впечатление, которое не стерлось до конца жизни. Понятно, что в момент совершения данных событий эти люди на ходились в подавленном состоянии и не могли высоко оценивать действия своего командования.
Уцелевшие защитники Таллина прибыли как раз вовремя, чтобы успеть принять участие в отражении последнего штурма Ленинграда. О том, что в начале сентября город находился на волосок от гибели, было известно каждому. 30 августа, в день завершения прорыва флота, немцы перерезали железнодорожное сообщение города со страной, а 8 сентября полностью блокировали его с суши. Далее события начали развиваться со стремительной быстротой. 13 сентября до командиров подводных лодок довели план уничтожения кораблей на случай взятия города противником, 16-го – перевели все субмарины из Ленинграда в Кронштадт. Существовал еще план попытки прорыва части подлодок из Балтики на Север через балтийские проливы, но, по мнению экипажей выделенных для осуществления этого замысла лодок, он был равносилен самоубийству.
