– В этой дыре моя непутевая сестрица когда-то купила себе дом-развалюху. И из этого поселка позавчера мой племянник звонил моему бывшему. С телефона, числящегося за магазином.
– А чего ты сразу об этом не подумала, когда искала племянника?
Чего, чего?! А того! Она думать забыла об этой дыре – раз. Дом еще пятнадцать лет назад был непригоден для жилья – два. Ну а три и четыре – она думала, что Степку увезли в неизвестном направлении его заказчики. И следов его теперь не найти. Уж тем более в Крутых Овражках. Зачем он там? Сколько они жили вместе, он ни разу не вспомнил об этом месте. Еще одна тайна, получается?
– Логично, – кивнул Калинин, выслушав ее доводы.
И, покосившись на ее бледное лицо, произнес с сожалением:
– Как, однако, гадко с тобой поступили твои близкие. Жили рядом, творили зло. Совершали противоправные действия.
– А я ни разу… Ну вот ни разу никогда не могла подумать, что такое возможно вообще! – Ее голос снова сорвался на всхлип. – Когда мы расстались, я думала, что измены Гены – это самое гнусное, что он мог совершить в отношениях. А он… Он под моей крышей преступно совращал моего племянника, вовлекая его в бандитское сообщество. Ясно же, чем они занимались в этом сервисе!
– Чем?
– Угнанные машины перекрашивали и перебивали, а потом продавали их где-то. А то, может, и через салон Апрелева. Не просто же так он инвентаризацию устроил. Может, тоже что-то заподозрил?
– Ну… Часть сказанного тобой, майор, похоже на правду. Но чтобы продавать через салон… Это вряд ли. Очень хлопотно. В теме должны быть и бухгалтер, и директор, и кассир.
– А ты их видел сегодня в автосалоне? Нет? И я нет! Может, уже в бега подались. Надо было объявить их в розыск.
– Розыск не розыск, но по их адресам я уже отправил людей. Есть к ним вопросы. Хотя бы с какой стати ночами у них велись слесарные работы, выполняемые несовершеннолетним. Степану сколько?
– Семнадцать.
– Во-от! Пусть поговорят с нами под протокол. А после Крутых Овражков, где, возможно, скрывается Степа, навестим хозяина заводов и пароходов Валерия Апрелева.
– Ничего себе захолустье!
Калинин вертел головой по сторонам, не уставая восхищаться хорошими дорогами и добротными домами в Крутых Овражках.
– Ты когда тут была в последний раз, Виктория Степановна? С чего решила, что тут глушь?
– Никогда не была. Дома не видела. Адреса не знаю. Родители гневались, называя приобретение сестры развалюхой.
– Как же мы станем искать твоего племянника, если адреса не знаем? – почесал он макушку.
– Станем искать магазин.
– Их тут, смотри, сколько. – Его палец принялся тыкать влево-вправо.
– Вряд ли в такие магазины Степу пустили бы позвонить. Будем искать самый старый, самый неприглядный. Едем, майор, едем вперед…
Они исколесили поселок вдоль и поперек. Нигде похожего строения – с пыльными окнами, неприглядной вывеской и обшарпанными ступенями – не было. Степа им тоже нигде не попался. И дома-развалюхи не было нигде. Его тут по определению не могло быть – поселок был пусть и не элитным, но очень чистым, благоустроенным, с хорошими новыми домами.
– Я звоню! – не выдержав бесцельных покатушек, схватилась за телефон Вика.
– Выдашь себя. Его могут предупредить, и он сбежит.
– Другого выхода нет.
Она набрала номер, который ей сбросил эсэмэской Вовчик Хромов. Долго слушала Баха, наконец ей ответили.
– Гостиница «Ольга», чем могу помочь? – ответил ей милый женский голос.
– Добрый день, – удивленно округлила Вика глаза. – Вы где территориально находитесь? Никак не можем вас найти. Номер нужен на сутки.
– Ой, нас не так легко найти. Записывайте адрес. И только по навигатору. Иначе никак…
Гостиница располагалась в лесополосе метрах в ста за поселком. Двухэтажное здание из бруса, с парковкой на десять машин, маленьким фонтаном и зоной барбекю. Выбравшись из машины и оглядевшись, Вика с Калининым зашагали ко входу под красивой резной вывеской.
– Вы звонили недавно? – заулыбалась приветливо обладательница приятного голоса. – Номер на сутки хотели?
Даме было хорошо за пятьдесят. Полная, с милым круглым лицом, с ямочками на щеках. Длинные волосы уложены в замысловатую прическу. Платье длинное, темно-синего цвета, с белым воротничком под самым подбородком.
– Да, мы звонили, – коротко улыбнулась Вика. – Так странно, нам дали этот номер и сказали, что он числится за магазином.
– Да, раньше тут был магазин скобяных изделий. И продуктами торговали тоже. И медом. И всякой всячиной. Но сетевые нас выдавили. Пришлось на ходу перестраиваться.
– И как бизнес? – обезоруживающе улыбнулся Калинин, укладывая локти на стойку администратора. – Красиво у вас. А посетителей почти нет. Машин на стоянке не густо. Не пожалели, что с торговлей завязали?
Милое лицо окаменело. Дама схватила регистрационный журнал и тут же затребовала с них документы.
Они предоставили, но не те, что она ожидала. И сильно побледнела, увидев перед собой два служебных удостоверения.
– Что вам нужно? – схватилась она растопыренными ладонями за журнал. – Мы не нарушаем! Бизнес ведем честно и…
