Вывозил тело поздно ночью двумя днями позже. Охране дал выходные. Предварительно аккуратно упаковал в пленку, чтобы ни волоска в багажнике не осталось. И держал в подвале. Потом вывез в лесополосу, выгрузил, пленку снял. И сплавил потом в мангале. Сразу, как вернулся. Выпил снотворного и улегся спать.
Через несколько дней к нему приехали полицейские со страшным известием. И ему даже разыгрывать горе не пришлось. Он в самом деле горевал. И по брату тосковал, и считал себя ничтожеством. И разные оправдания, что сотворил он это в состоянии аффекта, никуда не годились.
Он – братоубийца! И прощения ему нет.
Полицейские уехали. И он решил, что все закончилось. И начал потихоньку сворачивать свой теневой бизнес. Потому что знал: до него доберутся не те, так другие.
И тут – здрассте вам! Объявляется Саня Ульянов. И не просто объявляется. А с предъявами.
Встретил Валеру возле дорогого ресторана, куда Валера заезжал не столько для того, чтобы перекусить, сколько чтобы покрасоваться, чтобы быть на виду. Прямо на другой день, как Витино тело нашли, подкараулил его Ульянов.
– Ну что, братиша, – противно захихикал Ульянов, поигрывая ключами в руках, как рядовой гопник. – Расскажешь, как брата замочил, нет?
– Не понимаю, о чем ты, – сделал Валера скорбное лицо, шагая к машине.
– Ты мою дочь мужа лишил. А меня зятя, – не отставал Ульянов.
– Что за бред ты несешь?! – возмутился вполне натурально Валера. – Я скорблю!
– Может, теперь и скорбишь, – не стал спорить несостоявшийся его родственник. – Но Витю ты убил. И я это докажу…
Валера не стал ждать сбора доказательств. Он подкараулил Ульянова возле его дома. Посигналил, когда тот вышел на улицу.
– Есть разговор, – выглянул из машины Валера. – Залезай, перетрем.
Ничего не подозревая, Ульянов полез в машину. И Валера, не давая ему опомниться, пшикнул ему в нос из специального баллончика. Средство было парализующим. Действовало полтора-два часа. Этого времени Валере вполне хватило, чтобы убить Ульянова тем же способом. Вывезти за пределы Москвы и выкинуть тело на свалке. Но убивал, правда, уже там. Боялся патрулей, которые могли его остановить. А так спит себе пассажир и спит…
Валера перевел взгляд на маленькое креслице на тонкой ножке. И тут же зажмурился. Там снова сидел Витя! И смотрел на него с осуждением. Не произносил ни слова, просто смотрел. И от этого Валере было еще хуже.
Как так вышло?! Господи, прости! Как так вышло, что он из нормального благопристойного человека превратился в матерого убийцу? На нем сейчас два трупа. Третий на подходе. Пока еще Гена спит, накачанный снотворным, в его подвале. Но участь его решена. Сегодня Валера его убьет и закопает в саду. Нет сил и желания возиться с его телом. К тому же исчезновение Гены Иванова расценят как бегство. И, возможно, взяв ложный след, менты спишут на него все убийства и махинации.
А сад…
Уже через несколько дней Валера улетит из Москвы и из страны. На отдых, подлечить нервы – версия для окружающих. И возвращаться он не собирается – эта информация сокрыта ото всех. Только бы не пришли за ним раньше того времени. Только бы не пришли…
– Хоть какие-то веские доказательства причастности Апрелева Валерия к убийству его брата у вас есть, коллеги?
Полковник Иван Валентинович Анохин смотрел на Калинина и Вику со смесью скорби и сомнения. Он им не верил.
– Нами установлено, что через два дня после установленного времени смерти Виктора Апрелева его брат выехал из дома и двигался в своей машине по шоссе, которое ведет к месту обнаружения тела, – твердым голосом ответил Калинин.
– И что? Он скажет, что катался, – пожал плечами Иван Валентинович. – Машина уже наверняка вычищена до блеска. Да и попробуй доказать, что он там мертвого брата вез, а не живого, если и обнаружите следы. Не доказательство, майор. Что еще?
– В день исчезновения Александра Ульянова машина Валерия Апрелева снова покидала Москву, товарищ полковник. И ее следы не затерялись. Она попала в объектив камеры видеонаблюдения полигона утилизации бытовых отходов. Камеру не видно с дороги. Она надежно замаскирована. И Апрелев-старший ее не видел и знать о ней не мог. И попался. – Калинин глянул на полковника исподлобья. – Думаю, это довод, товарищ полковник. Как он сможет объяснить свое там появление? Кататься отправился на свалку?
– Мусор вывозил, – неуверенно ответил начальник. – Ладно, хоть что-то… Хотя прямым доказательством его вины это не служит.
– Нам бы обыск провести в его доме, товарищ полковник, – глянула на него Вика с мольбой.
– Ты вообще молчи! Почему скрыла от меня причастность к преступлению своего родственника? От дела я тебя обязан отстранить. Скажи спасибо, что народу нет в отделе. Иначе…
Анохин сжимал и разжимал кулаки. Два убийства висели над ним занесенным мечом. И каждый раз на совещании о них вспоминали. И указывали на сроки, которые все давно прошли.
– Не хватало мне еще бандитских войн, полковник, из-за твоих трупов! – разгневанно неслось сегодня с утра из телефонной трубки. – Или убийцу ищи – или другую работу, все!..
