Отличился расчет артиллеристов и при форсировании Припяти. Противник непрерывно контратаковал наши подразделения, пытаясь ликвидировать плацдарм. Иван Демиденко вступил в единоборство с вражеским противотанковым орудием и вышел победителем — уничтожил его. Кроме того, артиллеристы заставили умолкнуть три пулеметные точки, уничтожили и рассеяли до взвода вражеских солдат и офицеров. Контратака противника была сорвана. Наши войска продолжали наступление. Вместе со своей батареей гвардии сержант форсировал Вислу, Одер, принимал участие в боях за Прагу.
Сейчас Иван Саввич живет в Геническе на Херсонщине. Почти двадцать лет трудился он в системе потребкооперации. Принимает участие в военно-патриотической работе, выступает перед школьниками, рассказывает им о героических делах советских воинов в годы Великой Отечественной войны.
Не забывают и на Сумщине своего отважного земляка. В школе села Алтыновки установлена мемориальная доска, напоминающая о том, что здесь учился Герой Советского Союза Иван Саввич Демиденко.
НА БЕЗЫМЯННОЙ ВЫСОТЕ… Наступление не прекращалось ни днем, ни ночью. Воины шли через вражеский огонь, сквозь весеннюю распутицу и грязь. Нельзя было допустить, чтобы враг оторвался, ушел вперед, а затем задержался на каком-либо рубеже, организовал оборону…
Завалин подбадривал бойцов своего отделения:
— Веселее, хлопцы… Вон солнышко заблестело, подсыхать начинает. А с врагом мы сами справимся. Скоро совсем хорошо будет…
Виктор знал цену вовремя сказанному дружескому слову, хорошей шутке. Ведь шагал с тысячами таких же, как сам, уже полтора года — от самого Сталинграда.
Днестр открылся внезапно — быстрый, стремительный, разбухший от дождей. Получен приказ переправиться на правый берег. Успели все же…
Плоты изготовили быстро. В дело пошли бревна, доски, плетни. Помогли крестьяне небольшого села, занятого отделением.
Отделение начало переправу. Но как только отчалили от берега, сразу же попали под вражеский огонь. Петренко ответил из ручного пулемета, его поддержали из автоматов товарищи…
Перестрелка продолжалась до тех пор, пока плоты не уткнулись в правый берег. Соскочив на песок, Завалин крикнул: «За мной!», и первый побежал по крутому склону вверх.
Бойцы с ходу атаковали высоту и после короткого боя захватили ее. Но лишь только успели окопаться, как возле высоты разорвались мины, а из-за леска невдалеке показались гитлеровцы. Не меньше полуроты.
Завалин предупредил товарищей:
— Открывать огонь только тогда, когда перейдут лощину…
Точный, прицельный огонь заставил гитлеровцев залечь, а потом попятиться назад. Полтора десятка их остались на поле боя.
Вторую атаку фашисты готовили более тщательно. Подключили артиллерию, потом попытались обойти высоту с флангов. Завалин выдвинул навстречу им Петренко с «ручником», бойцов с гранатами. Гитлеровцы не смогли выдержать, вновь откатились к леску…
Потом они атаковали третий раз, четвертый, пятый… Но гарнизон высоты держался.
Гитлеровцы атаковали, не считаясь с потерями, свирепо, ожесточенно. Хорошо понимали: кто владеет высотой, тот контролирует переправу через Днестр.
Но вот с левого берега отозвались наши батареи. Значит, посланный через реку связной достиг штаба батальона. Прибыло небольшое пополнение.
Вражеские атаки, между тем, продолжались. Теперь на занятую советскими воинами позицию наступало до батальона гитлеровцев. Выручили артиллеристы: их огневые налеты были своевременными и точными. Шрапнель косила фашистов, давила к земле. К подножию высоты все-таки прорывались небольшие группы атакующих. Здесь они попадали под пулеметный и автоматный огонь ее защитников, под разрывы гранат.
Лишь к вечеру противник прекратил атаки.
— Пятнадцать атак отбили, — хрипло вымолвил пулеметчик Петренко.
Вскоре на правый берег переправились воины 2-й механизированной бригады. Комбриг полковник Миронов, встретившись с защитниками безымянной высоты, горячо сказал:
— Умело действовали, храбро. Настоящие герои!
