В ноябре 1939 года старший лейтенант Евгений Евдокимович Мороз с группой героев Хасана был в Москве. Всесоюзный староста Михаил Иванович Калинин вручил ему наивысшую награду Родины — орден Ленина и Золотую Звезду Героя Советского Союза.
Евгений Евдокимович участвовал и в разгроме немецко-фашистских захватчиков, был награжден двумя орденами Красного Знамени и орденом Красной Звезды.
ГВАРДЕЙЦЫ ВСЕГДА ВПЕРЕДИ. Наступление развивалось успешно. Кавалеристы преследовали врага.
Осенью 1943 года 58-й гвардейский кавалерийский полк, в котором служил помощником командира взвода Михаил Нагорный, наступал на областной центр Белоруссии — Гомель. Предстояло форсирование Днепра. Правда, здесь он не такой широкий, как там, под родной Нововоронцовкой, но, чтобы одолеть его, усилий потребуется немало. А противоположный берег высокий, хорошо укрепленный. Отсюда видно.
И он не ошибся, сил понадобилось много. Еще до начала форсирования завязался горячий бой, в котором был ранен командир взвода. Михаил взял командование на себя. Под сильным огнем взвод успешно переправился через Днепр и занял оборону.
Гитлеровцы несколько раз атаковали взвод, но были отбиты. Выбрав удобный момент, Нагорный поднял взвод и повел его в рукопашный бой. В короткой кровавой схватке немцы потеряли до 30 солдат. Оставшиеся в живых спаслись бегством.
В один из дней кавалеристы, получив приказ разведать расположение врага, вышли в его тыл. Бойцы обнаружили неподалеку вражескую пушку, ведущую огонь по нашим войскам. Взяв с собой отделение, Михаил незаметно приблизился к ней и уничтожил весь расчет.
Через несколько минут на фланге появились вражеские танки. Они могли выйти в тыл нашему подразделению, продвинувшемуся вперед. Среди гвардейцев нашлись опытные артиллеристы. Они открыли огонь и сорвали танковую атаку противника.
За эти бои все бойцы взвода были награждены орденами и медалями, а его командиру гвардии старшему сержанту Михаилу Петровичу Нагорному присвоено звание Героя Советского Союза.
ПОСЛЕДНИЙ БОЙ. Батальон попал под плотный огонь и вынужден был залечь на опушке леса в ожидании подхода отставших соседей. Стрелки, выбирая удобные позиции, выискивали цели, стреляли точно и метко. На флангах заговорили станковые пулеметы.
И в это время из взвода боепитания приполз красноармеец:
— Товарищ комбат, патроны кончаются…
— Немедленно людей за патронами! — приказал Назаренко.
Через несколько минут он увидел лыжников с санками, направляющихся в лес. Удовлетворенно подумал: «Теперь можно и передохнуть», присел под толстой, в два обхвата, сосной и утомленно закрыл глаза. Сказалось напряжение последних дней. Четвертые сутки прорывают укрепления перед Выборгом. И всю зимнюю кампанию на фронте, в боях.
Припомнились родные бериславские степи на Херсонщине. В «Красном хлеборобе», где он когда-то работал трактористом, а потом инструктором машинно-тракторного дела, уже, наверное, готовятся к выходу в поле. Что ни говори, весна по календарю началась. Эх, сбросить бы вот сейчас полушубок да в степь, где пахнет свежей пахотой… И оборвалась мысль — враг пошел в атаку.
Лейтенант приказал подбросить патронов в первую роту и послал туда еще двоих пулеметчиков. Затем пробрался к бойцам. Внезапно почувствовал, как что-то острое резануло по ногам. Но не упал, удержался. Слабость охватила тело. Пересилил ее и остался на поле боя.
