8 Гектор – в древнегреческой мифологии храбрейший воин, вождь троянского войска, главный троянский герой в «Илиаде». Был убит Ахиллом, который несколько раз протащил его тело своей колесницей вокруг стен Трои.
9 Тантал – в древнегреческой мифологии царь Сипила во Фригии (Лидии). Сын Зевса и фригийской царицы Плуто. Как любимец Богов, Тантал имел доступ к их советам и пирам. Такое высокое положение заставило его возгордиться, и за оскорбление, нанесённое Богам, он был низвергнут в Аид ( подземное царство).
10 Ахилл – в героических сказаниях древних греков является храбрейшим из героев, предпринявших под предводительством Агамемнона поход против Трои. Согласно Птолемею Гефестиону Ахиллес был убит Пенфесилеей, после чего Фетида воскресила его, он убил Пенфесилею и вернулся в Аид.
ГЛАВА 26 (85) «От аббатства Сен-Женевьев, до аббатства Сен-Виктор»
ФРАНЦИЯ. ПАРИЖ.
Жизненный цикл однолетних растений краток, но за это короткое время он включает в себя созревание, цветение, увядание и смерть. Vegetatio1 или продолжительность его жизненного периода зависит от множества обстоятельств, условий бытия, если угодно. Не правда ли, напрашивается аналогия с человеческой жизнью? Даже в большей степени, на наш взгляд, с жизнью женщины.
Краткий человеческий век так же разбит на периоды – части, столь несправедливо, на взгляд Homo sapiens2, распределенные провидением.
Мы опустим, по понятным причинам, миг неосознанного счастья, созревания и взросления, и перейдем к цветению, рассвету, молодости, весне, времени, когда кажется перед тобой вечность и всё в твоих руках. В эти годы, дни, минуты упоения собственным присутствием на сем прекрасном свете, людям присущи милая беспечность; необоснованное упрямство; вызывающая, и, зачастую, беспричинная амбициозность, часто призывающая к заносчивости, несговорчивости, а порой к бунтарству, что нередко приводит к безнравственности. Но для женщин, это не просто время становления, это пора когда возраст их делает желанными, а молодость дарит вседозволенность по отношению к мужчинам. Лучше лишить женщину жизни, чем напомнить о кратковременности сего сезона счастья. А тот, кто, все же, дерзнет, осмелиться говорить об этом рассудительно и обстоятельно, подвергнув огласке неотвратимость исхода порхания и обольщения – старый дурак и безмозглый брюзга, ничего не смыслящий в жизни и говорящий о вещах, которые столь призрачны и далеки, что, наверняка, вряд ли когда-либо наступят.
Как мужчин беспрестанно преследует стремление блистать, так женщин, не обремененных непосильным трудом и жизненными невзгодами, не покидает, до старости, желание обольщать. С увяданием в них просыпается дьявольская сила совратить, заворожить, искусить, обмануть, ввести в грех, обаять, прельстить, соблазнить и всё это обрушивается на головы несчастных мужчин, по обыкновению увлекающихся молоденькими красавицами, пытаясь избежать навязчивых чар их бабушек и матерей. Всё сказанное выше, безусловно, относиться и к царственным особам безупречных королевских кровей, но говорить об увядании, когда речь заходит об источающей молодость и красоту двадцатичетырехлетней королеве Анне Австрийской, бесспорно неуместно. Её судьба вызывает больше вопросов, чем даёт на них ответов, и всё же при подробном рассмотрении, мы попытаемся разглядеть причины, приведшие к столь неоднозначным действиям прекрасной королевы в отношении супруга, семьи и новой родины.
Дочь испанского короля Филиппа III и его жены Маргариты Австрийской, инфанта Анна была старшей, из восьми детей, произведенных на свет, сей плодовитой монаршей четой. Она получила хорошее образование, обучившись латыни, основам европейских языков, шитью, танцам, письму, священной истории и генеалогии царствующей династии Габсбургов. Анна росла скромным богобоязненным ребенком, постоянно находясь под присмотром многочисленных дуэний – фанатичных католичек, слепо следующих суровым законам церкви.
