«Мадам Ларошфуко-Рандан, маршал де Бассомпьер, маркиз де Крюассоль…» прошептал приор имя ещё одного всадника опознанного им: «что за ночное шествие вблизи августинского аббатства? Уж не связано ли это с теми господами, что путешествуют по ночному городу в паланкинах?» – Подумал он и прибавил шагу, чтобы не упустить из виду, удаляющийся факел аптекаря.
Утомившись от продолжительной ночной слежки, приведшей приора из Латинского квартала в Маре, он, наконец, вздохнул с облегчением, когда ножки паланкинов, коснулись булыжников мостовой Сен-Поль, возле калитки, прорубленной в невысокой ограде, отделявшей небольшой садик особняка мадам де Буа-Трасси от улицы. Пока носильщики помогали выбраться из портшеза женщине, Буаробер, затаив дыхание пробрался на расстояние, с какого наверняка смог бы разглядеть лица незнакомцев. Без труда узнав в знатной даме мадам де Шеврез, приор опешил, распознав в господине, сжимающим в руках ларец красного дерева, герцога Бекингема, которого видел неоднократно, в мае этого года, во время бракосочетания французской принцессы с Карлом английским. Второй паланкин, лишившись своих седоков, не преподнес сюрпризов Лё Буа, представив ему кузину герцогини, мадам де Буа-Трасси, мужчину же он не знал, предположив, что это кто-то из свиты английского вельможи. После того как все прибывшие, отпустив носилки, скрылись за стенами дома, Буаробер ещё долго не мог прийти в себя. Но, со временем, совладав со смятением, растеряно бросился к набережной, затем в сторону дома и лишь отдалившись на некоторое расстояние от особняка, остановился, беспомощно глядя в ночное небо.
– Я знаю куда идти… – произнес он, спешно зашагав по Сент-Антуан.
Добравшись до улицы Добрых детей и отыскав нужный ему дом, он принялся неистово барабанить в дверь, будто желая предупредить его обитателей о стихийном бедствии, что заставило изумиться седовласого лакея, с помятым и обвисшим, будто у старого бассета5 лицом. Ворвавшись в небольшой особняк, где обитал лейтенант телохранителей кардинала, граф де Вард, Буаробер, отбившись от лакея, всё же сумел заключить в объятия, припав к плечу, доброго приятеля. Невзирая на ворчание слуги и поздний час, де Вард встретил радушной улыбкой озабоченного приора, усадив его перед камином и наполнив фужер красным анжуйским. Прежде чем сделать глоток, гость, отдышавшись, произнес:
– Милый граф, вы человек чести, оттого не направите меня на недостойный путь и не обидите дурным советом.
Ещё не понимая, к чему клонит ночной визитер, лейтенант, с лица которого не исчезала благостная улыбка, приподняв, в честь гостя бокал, сделал большой глоток.
– Я право даже не знаю с чего начать: с того, что сегодня утром доставил в Париж, дочь Черного графа, или с того, что только сечас, видел на улице Сен-Поль, герцога Бекингема?
Если бы де Вард, вместо мягкого кресла, опустился на раскаленную сковородку, его лицо не приобрело бы столь взволнованного выражения. Он закашлялся, прыснув набранным в рот вином, и уставился на Буаробера, будто узрел Святого Себастьяна, сошедшего с холста Тициана.
1 vegetatio (лат.) – оживление, произрастание.
2 Человек разумный (лат.)
3 В 1623-24 годах Людовик XIII построил в Версале маленький нелепый охотничий замок, его назвали «Смешной домик».
4 Геката – богиня мрака, ночных ведений и чародейства.
5 Бассет-хаунд – английская порода собак.
ГЛАВА 27 (86) «Ловушка»
ФРАНЦИЯ. ПРОВИНЦИЯ ТУРЕНЬ. ВБЛИЗИ ГОРОДА ШИНОН.
Жарким летним днем, когда знойное июльское солнце воцарилось в зените, вынудив своими палящими лучами всё живое укрыться в тени, по пыльной дороге, протянувшейся из Парижа к западному побережью, можно было наблюдать колонну утомленных солдат, понуро тащившуюся из Тура в Шинон. Их припавшие дорожной перстью доспехи и шлемы, давно утеряли воинственный блеск, а острия алебард и стволы мушкетов, покоившиеся на защищенных сталью кирас плечах, приклонились, словно колосья ржи на ветру. Во главе отряда, оторвавшись на полсотни туазов от нестройных рядов, следовали два всадника: господин де Сен-Аннэ, лейтенант командующий ротой пикардийского полка, отправленной в помощь интенданту Монси кардиналом; и месье Портос, как вы помните посланный в Шинон с секретной миссией де Тревилем. Чтобы историю, которую выдумал мушкетер пропитать достоверностью, гарантировавшей ему присоединение к отряду пикардийцев, конечно же, пришлось пойти на хитрость, и следует отметить, что удалось это великану блестяще.
