Холт выпустил последнюю очередь и приготовился к удару.
Со стороны джунглей грохнул еще один выстрел. Кабина машины изнутри окрасилась кровью, и фургон резко ушел вправо, с жутким скрежетом врезавшись в дерево. Холт в последний момент успел отпрыгнуть в сторону.
– Холт, ты цел? – Судя по голосу, Уивер абсолютно точно знал ответ. – Прости, что задержался.
– Пошел ты к черту. – Холт поднялся и принялся отряхиваться. – Прикрой меня. Не уверен, что местные распознали во мне друга.
В это время толпа действительно начала потихоньку приближаться.
Теперь голос Уивера звучал почти безмятежно:
– Опусти пушку, подними руки. Покажи, что не представляешь угрозы.
– Уверен, что это хорошая идея? – Холт медленно поднял руки, позволяя винтовке свободно повиснуть на ремне. – Ты же меня прикрываешь, да?
– Клянусь твоей сладкой задницей, что да. Улыбнись уже.
Холту потребовалось некоторое усилие, чтобы растянуть губы в улыбке.
– Привет. Я друг, – как можно дружелюбнее проговорил он.
И тут толпа просто обошла его с двух сторон – люди стремились к машине. Фургон не загорелся, по крайней мере пока, но капот изрядно пострадал от удара о дерево, а металл был искорежен. Дверь, впрочем, открывалась исправно, и они первым делом вытащили труп боевика, уложили на землю, оглядели со всех сторон и убедились, что он действительно мертв. Это было излишне, ведь последствия выстрела Уивера наглядно демонстрировали, что все произошло быстро и без вариантов.
Лишь после этого они обратили внимание на Холта.
«Призрак» отступил на шаг и повторил по-английски, а затем по-испански:
– Как я уже сказал, я друг.
Один из мужчин, лысый и грузный, ткнул пальцем в труп, а затем в Холта и ответил на испанском:
– Солдат? Американец? Что ты здесь делаешь?
Холт постарался улыбнуться как можно дружелюбнее:
– Люди, которые на вас напали, они… эм… я здесь из-за них. И… Мидас? Поможешь?
Ответом стал крик с другой стороны деревни. Все обернулись, в то время как Мидас выбрался из кустарника с поднятыми руками и тут же заговорил на испанском так быстро, словно строчил из пулемета. Мужчина, допрашивающий Холта, подбежал к нему и включился в разговор, а затем обернулся к сородичам и выкрикнул несколько распоряжений. Двое тут же скрылись в одном из домов и вернулись с простыней и парой деревяшек. Они задержались ровно настолько, сколько потребовалось, чтобы собрать простейшие носилки, а затем бегом удалились в сторону джунглей. Староста проводил их взглядом. Обернувшись к Мидасу, он обменялся с ним еще парой коротких фраз, а затем вдруг заключил в объятия. Остальные обитатели деревни разошлись. Кто-то был ранен, некоторые побежали к ручью, чтобы тушить горящий дом.
Когда Мидас выбрался из толпы на свободу, он подошел к Холту:
– Это староста деревни. Его зовут Эрубиэль. Он и его люди из народа банива. Он благодарит за помощь и говорит, что будет рад отплатить сторицей.
– Я говорю по-испански, и он сказал не совсем это. Как минимум раза в два менее дружелюбно. – Даже по рации было слышно, как Уивер смеется.
Мидас слегка смутился:
– Человек, которому мы помогли на берегу, – сын Эрубиэля. Староста благодарен, но вся ситуация далеко не так проста.
– Бьюсь об заклад, что так и есть. – Холт оглянулся вокруг. – И что теперь? Рано или поздно кто-нибудь сообразит, что фургон уехал и не вернулся.
Номад вступил в разговор, как раз когда Уивер вышел из-под деревьев:
– Прибыли парни с носилками, Мидас. Спасибо, что прислал их. Холт, я хочу, чтобы ты вернулся сюда. Надо позаботиться о лодке и выгрузить снаряжение.
– Признай, тебе нравится заставлять меня бегать туда-сюда.
Вмешался Мидас:
– В деревне есть еще раненые. Запрашиваю разрешение оказать помощь.
Последовала пауза.
– Разрешаю. Уивер, прикрой его. И держи ухо востро на случай, если появятся еще боевики.
– Так точно.
Мужчины разделились, и Холт вернулся под сень деревьев.
По пути к позиции Номада Холт встретился с носильщиками. Они его не заметили, ведь «призрак» шел не по тропе, а параллельно ей. Зато он весьма хорошо рассмотрел сына старосты. Парень был тщательно перебинтован и бледен, но жив. Носильщики делали все возможное, чтобы двигаться максимально быстро и в то же время не причинять ему неудобств.
Номад нашелся в лодке. Его руки и одежда были в крови.
– Холт, – кивнул он. – Забирай дрон и все, что тебе нужно. Поднимем птичку и проверим, хорошо ли лодка замаскирована с реки.
– Мы собираемся выходить на операцию отсюда?
– Да. Мы достаточно близко от точки, и чем больше я думаю о продолжении пути по воде, тем меньше мне это нравится. Так что давай пошевеливаться.
Вместе они вытащили из лодки беспилотник и припасы, рассчитанные на пару дней сложного пути по недружелюбной местности, пару наборов с различными медикаментами на случай, если кому-то из заложников понадобится помощь, а также запасные боеприпасы.
Холт забрал и холодильник, который дала Корреа.
– Уверен?
– После беготни всегда хочется пить, – откликнулся «призрак». Он вытащил одну банку пива, а остальное вернул в лодку. – Делиться не буду.
Впрочем, Номад и не настаивал.
