— Нет. — Я поднимаю палец вверх. — Нет. Не буду. — Я поспешно хватаю несколько платьев, которые собрала, а Брианна, продавщица, спешит ко мне из-за прилавка и помогает мне с остальными.
— Ты должна хотя бы примерить его, — зовет Киара, пока я бегу в заднюю часть магазина, к примерочным.
— Ни за что! — буркнула я через плечо, и мой голос долетел до них.
Когда мы входим в примерочную, Брианна развешивает все платья в большом помещении.
— Я сейчас подойду, чтобы помочь тебе, просто дай мне знать, когда будешь готова.
— Спасибо, — говорю я ей, когда она выходит, закрывая за собой дверь.
Я не спеша рассматриваю все платья, выстраивая их от наиболее до наименее понравившегося, и то, которое выбрала Киара, что ж, оно идет до самого конца.
Первым я решаю примерить то, которое заставило мое сердце забиться, как только я его увидела. Приталенное, без бретелек, с заниженной талией, причудливо сплетенное цветочное кружево тянется до самого шлейфа.
Снимаю одежду, раскладываю ее на диване в углу и, как только снимаю с вешалки платье, ухмыляюсь.
Я влезаю в него, затем расправляю шлейф по полу, затягиваю его и прижимаю к груди, моя улыбка расширяется.
— Брианна, — зову я.
Дверь мгновенно открывается.
— О боже, — восхищается она, провожая меня взглядом. — Оно выглядит так, будто было сделано для тебя.
Она помогает закрепить корсет, затягивая его, чтобы придать мне форму песочных часов.
— Я действительно думаю, что это то самое платье.
— Я тоже, — говорит она сзади меня.
— Не могла бы ты сказать, сколько оно стоит?
— О… — Она пренебрежительно машет рукой. — Мистер Кавалери просил меня не говорить вам.
— Все в порядке. — Я поворачиваюсь к ней. — Я не скажу ему, что ты мне рассказала.
— Я не знаю. Он был очень конкретен. — Она перебирает пальцами свой боковой пучок, все светлые волосы идеально уложены, ни один волосок не выбивается.
— Это будет между нами. — Я улыбаюсь, надеясь, что она мне это скажет.
— Хорошо. Но ты не слышала этого от меня.
— Понятно. — Я поджимаю губы для пущего эффекта.
— Двенадцать.
— Двенадцать сотен? — Это определенно разумно.
— Нет, — смеется она. — Двенадцать тысяч.
— О Боже! — Мои брови взлетели вверх. — Я никак не могу взять его.
— Это тебе решать. — Ее губы истончаются в улыбке, густая бровь склоняется. — Но ему было бы обидно не увидеть тебя в этом, особенно когда он настоял на том, чтобы я не выпускала тебя из этого магазина, пока ты не будешь счастлива. И, судя по всему, это платье? Оно делает тебя очень счастливой.
