– Ну, это не про меня, – с презрением ответила Салли. – Нет, у них была какая-то махинация, и я уверена: Фэнису не нравился Рэнделл. Фактически, я пару раз слышала, что они явно ссорились. Иногда Фэнис смотрел на Рэнделла так, что я заподозрила… ну, не знаю! Сначала я думала, что это из-за женщины, но когда Джордж увлекся Лаурой, я поняла, что это не так: Рэнделл и Лаура не нравятся друг другу. Полагаю, они конкурируют, так как являются знаменитостями.
– Рэнделл, – пробормотал епископ. – Не могу себе представить, что между ними было. И все-таки в его характере есть черта, способная на странные поступки. Но убийство… Думаю, все это слишком расплывчато, чтобы сообщать об этом Крейтону.
– О, конечно, – согласилась с ним вновь оживившаяся Салли. – Все это звучит довольно глупо, если кто-либо произносит это вслух, не так ли? Я вижу, что Энди недовольно смотрит на нас. Двигатель работает, и мы зря расходуем топливо. Здесь слишком ухабисто для того, чтобы вы учились приземляться, так что займемся штопором.
– Вы и в самом деле думаете, что мне уже пора этому учиться? – нервно спросил епископ Мэрриотт.
– Конечно. Мне нужно что-то подобное, чтобы взбодриться, – когда они поднялись в воздух, в речи Салли появились инструкторские нотки, и она зазвучала в наушниках, словно глас бестелесного духа. – Теперь цель обучения в том, чтобы убедиться: вы знаете, как избежать трудностей, с которыми вы можете столкнуться в летном деле. Одна из таких трудностей заключается в том, что если во время штопора двигатель заглохнет, то самолет продолжит вращаться, и сейчас я научу вас, как остановить это вращение. Техническим языком штопор называется авторотацией. Вы готовы? Хвостовой слайс на две трети вперед. Правую ручку управления вперед. Полный газ. Теперь она ваша. Тпру! Держите нос подальше от земли. Пока не набирайте высоту. Сейчас. Поднимаемся на скорости пятьдесят пять миль в час. Теперь немного вперед – как для разворота. Ох, епископ, где ваш штурвал? Вместе выходим из разворота. Отлично. Очень аккуратно. Снова набираем высоту.
Епископ сурово и непреклонно набирал высоту, поднимаясь сквозь ворсистые облака. Выше и выше, пока аэродром внизу не стал походить на квадратик в узоре стеганого одеяла. Выше и выше. «Вот, как должна была выглядеть земля, когда Фэнис отправился на встречу смерти», – беспокойно подумал епископ. Было ли это сознательное решение, или кто-то как-то это подстроил?
А Салли все еще говорила. Голос в наушниках снова увещевал епископа.
– Помните, что вы вращаетесь в штопоре вместе с штурвалом. Сначала нужно сваливание, а также необычно использовать штурвал, особенно на аппарате вроде этого. Наблюдайте за мной. Чтобы войти в штопор, я заглушу двигатель и поверну штурвал до отказа. Чтобы остановить вращение, я должна сдвинуть ручку управления немного вперед, а затем свернуть штурвал в противоположную сторону, чтобы остановить вращение, и снова поставить штурвал в нейтральное положение, как только самолет выйдет из штопора. Хорошо. Получилось!
Рев двигателя резко замолк. Епископ отпустил штурвал. В убийственной тишине нос аэроплана взмыл над горизонтом. Вверх, вверх. Смолк шум ветра. Тишина была по-настоящему пугающей. Конечно, так не могло продолжаться.
Щелк! Словно ужасный прыжок бешеной лошади, и самолет обвалился, падая вниз – будто выстрел пронзил сердце. И словно в ужасе от этого безумного падения, мироздание головокружительно завращалось вокруг носа епископа: и поля, и вся земная твердь завращались, словно огромное колесо; горизонт превратился в обод колеса, а дороги – в спицы, и все это крутилось в безумном танце. Епископ ухватился за кромку открытой кабины. Несмотря на безудержное пикирование, ветер по-прежнему шуршал в проводах, словно они планировали к земле аки «кленовый вертолетик».
– Самолет в штопоре, – невероятно спокойным голосом объявила Салли. – Обратите внимание: мы все еще пикируем, скорость полета всего сорок пять миль в час, а двигатель заглушен. Теперь я выйду из штопора. Ручку управления я перевожу вперед и отклоняю штурвал в обратном направлении.
Чертово колесо земли приостановилось, а затем и вовсе прекратило вращение. Шорох в проводах усилился до свиста. Нос самолета выровнялся по уровню горизонта. Теперь они летели на одной высоте.
– Теперь вы, – распорядилась Салли. – Делайте то же самое.
Епископ вздрогнул, но голос инструктора был неумолим.
– Ручку управления назад. Давайте, не бойтесь, ну же! Давите педаль! Активней! Теперь хорошо.
Снова ужасный щелчок. И снова мир завращался в чертовом колесе.
– Штурвал в обратном направлении. Решительнее! Ручку управления вперед.
Огромное колесо остановилось. Шум ветра в проводах перешел на крик.
– Эй, у вас не одноместный истребитель! – выкрикнула Салли. – Вы слишком далеко задвинули ручку управления. Вау, сейчас мы делам сто тридцать миль в час! Помедленнее. Мягко снизьте скорость. Централизуйте штурвал. Вы это сделали. А теперь еще раз.
– Только не это! – пробормотал епископ.
– Снова! – твердо приказала Салли. – На этот раз не выходите из штопора так быстро.
