— И всё же, Дмитрий Валерьевич, вам придётся посидеть в номере, — рыкнул Волков, — чтобы не путаться у нас под ногами. Я не могу позволить, чтобы у Рысьиной появились здесь союзники.
— Боги мои, да ваша предположение пока ничем не подтверждено, — буркнул Песцов и демонстративно уселся в кресло. — Разве что вашим сильным желанием, чтобы это было именно так. Записку в театр я хотя бы могу передать?
— Никак нет, Дмитрий Валерьевич, — отрезал с показной мягкостью Волков. — При неудаче в гостинице театр будет вторым проверяемым местом, и мне совсем не хотелось бы, чтобы вы предупредили тех, кого не нужно.
Песцов что-то пробурчал себе под нос, явно ругательно характера. И я его прекрасно понимала: провести весь день в номере вряд ли было пределом мечтаний моего компаньона. Тем более что номер этот был куда скромнее выделенного мисс Мэннинг. Здесь нужно двигаться куда осторожнее, чтобы ничего по дороге не снести. Или никого.
Песцов демонстративно развернул одну из газет, вытащенных из саквояжа. Но углубиться в чтение Волков ему не дал, отрывисто бросив:
— Сейчас вы закроете за мной дверь на ключ и не будете никому открывать до окончания поисков.
— Даже горничной? — ехидно спросил Песцов. — Вдруг ваши поиски затянутся надолго и я захочу есть?
— Не волнуйтесь, не затянутся. Закрывайте же.
Песцов лениво подошёл к двери, которую Волков приоткрыл лишь на ширину собственного поджарого тела. Ключ провернулся в замке с неприятным лязгом, и я застряла в номере на неопределённое время. Пока мне было не до переживаний: в коридоре Волков запустил сканирующие плетение, решив методично проверять все помещения, вытесняя меня к загонщикам. Но меня-то уже в зоне загона не было. Только не оказалось бы ловушкой кажущееся безопасным место. Я подошла к окну: при всём желании незаметно не вылезти. Разве что ночью.
Наверное, Песцов тоже решил взглянуть, не удастся ли удрать через окно, потому что врезался в меня совершенно неожиданно для нас обоих, после чего выдал длинную и не совсем приличную тираду. Я встала так, чтобы меня ни в коем случае нельзя было заметить с улицы, частично развеяла плетение, чтобы можно было нормально поговорить, и заодно поставила полог от прослушивания.
— Ругаться будете потом, когда меня тут не будет, — сурово сказала я. — Не ожидала от вас такой несдержанности, Дмитрий Валерьевич.
— Чего вы не ожидали? — огрызнулся он. — Вы уничтожили моё будущее и надеетесь, что я приму это со всем возможным смирением? У меня теперь проблемы с Соболевыми, Рысьиными и Волковыми. И это я ещё молчу про то, что турне спешно пришлось сворачивать, а значит, я потерплю грандиозные убытки.
— Зато у вас наладились отношения со Свиньиными-Морскими, которые станут ещё лучше, если Полина Аркадьевна узнает, где её почти жених.
— А, — махнул рукой Песцов, показывая, что ему уже ничего не поможет. — Боюсь, что при улучшении отношений со Свиньиными-Морскими отношения с Волковыми испортятся безвозвратно. А так возможны варианты.
— Вы сами-то в это верите?
— Если он вас не найдёт, непременно начнёт сомневаться, не ошибся ли в выводах, — оптимистично заявил Песцов. — Главное, пересидеть облаву. И желательно — в разных местах.
— Хм… — протянула я, намекая, что мне сейчас в другом месте сидеть затруднительно.
— Сами подумайте, Елизавета Дмитриевна, как отнесётся Фаина Алексеевна к тому, что мы с вами ночуем — а к этому всё идёт — в одном номере?
Волков сделал перерыв в сканировании, по-видимому, восстанавливая силы. То ли сканирование отнимало больше, чем я думала, то ли его магическая значимость была преувеличена, то ли его что-то отвлекло.
— Да откуда ей узнать, если вы будете молчать? — отмахнулась я и активировала подслушивающее плетение.
Сделала я это вовремя.
— С определённостью не могу сказать, что следы, ведущие в гостиницу, есть, — докладывал Моськин. — Так что, может, и правда сюда пришёл фантом?
— От вас требовалось всего-навсего припугнуть и заблокировать, — рыкнул Волков. — Простейшая задача. И с ней не справились!
— Вы не предупреждали о возможности создания фантома, — заскулил Моськин. — У нас даже артефактов для определения не было. А девушка вела себя как настоящая, мне в голову не пришло, что нужно проверять.
— Продолжайте блокировать гостиницу, — после долгого молчания решил Волков. — Мне осталось не так много проверить. А потом… Потом я поговорю с этим облезлым лисом ещё раз! И не просто так поговорю, а с моими умениями.
Обещание не сулило будущему собеседнику ничего хорошего: Волков явно планировал использовать ментальные техники для получения ответа на вопросы.
— Облезлым лисом? — невольно повторила я.
— Вы про что, Елизавета Дмитриевна?
— Волков только что сказал, что собирается ещё раз поговорить с облезлым лисом, — недоумевающе пояснила я.
— Вот ведь блохастая шавка, — возмутился Песцов. — Нашёл облезлого. На себя давно не смотрел, из него даже коврика хорошего не выйдет выкроить. Разве что стельки в тапочки. Обозвать меня облезлым!
— При чём тут вы, Дмитрий Валерьевич? Вы же песец…
