— Дополнительный концерт? Дмитрий, это несерьёзно. Я не механизм, я нуждаюсь в отдыхе и покое. С меня хватило вашего спиритического сеанса у Соболевой, знаете ли. У меня теперь аллергия на эту фамилию.
— Никаких сеансов, — воодушевлённо сказал Песцов, виляя глазами так, чтобы случайно не встретиться взглядом ни со мной, ни с мисс Мэннинг. Он даже газеты начал раскладывать и делать вид, что изучает заголовки. — От вас потребуется всего лишь исполнить пару арий.
— Пару арий? А аккомпанемент? — взвилась мисс Мэннинг, явно собирающаяся сорваться на поклоннике, пока тот не решил, что сможет ей диктовать условия. — А гримёрка?
— Боги мои, Филиппа, — заюлил Песцов, — зачем вам гримёрка? Там будет почти домашняя обстановка. Вам просто хотят выразить восхищение вашими талантами. Вещественное восхищение, — он потёр указательным пальцем о большой. — А возможно, вам выдадут не только оговорённый гонорар. Князь Соболев щедр.
Он заиграл бровями, намекая на уровень щедрости. Глаза мисс Мэннинг заблестели, но это была бы не она, если бы позволила уговорить себя сразу. Она начала азартно торговаться с Песцовым, который наверняка предложил несколько заниженную оплату, апеллируя к тому, что клан Соболевых берёт доставку на себя, а значит, на транспорт тратиться не придётся. Слушать их было неинтересно, поэтому я придвинула к себе «Ведомости Царсколевска», на что спорщики внимания не обратили, и, попивая чай, принялась изучать страницу, по центру которой гордо красовалось рекламное объявление:
МЕХОВЫЕ ТОВАРЫ
торгового дома
«Песцов и Выдрин»
Большой выбор меховых изделий собственных мастерских
Громадный выбор дох, мужского и дамского мехового платья
ПРИЁМ ЗАКАЗОВ по новейшим фасонам
На удивление в газете было очень много места отдано рекламе, а единственная статья, посвящённая, между прочим, нападению на наследника, ютилась сбоку и занимала всего одну колонку. Корреспондент, стыдливо прячущийся за инициалами, которые вполне могли быть и не его собственными, риторически вопрошал, как так получилось, что заговорщики вообще попали во дворец и кто может гарантировать, что в следующий раз страну не обезглавят. «Доколе мы будем терпеть вопиющую халатность наших служб? Фактически они оказались не готовы ни к отпору заговорщикам, ни к их поимке. Между наследником и его смертью в этот раз встал подпоручик Хомяков…»
— Анна, что с вами? Вы так побледнели, — тронула меня за плечо мисс Мэннинг. — О чём вы читаете?
— Здесь статья о покушении на Львовых, — ответил вместо меня Песцов. — Но никто не погиб. Можно сказать, все отделались лёгким испугом. Так что не понимаю вашего волнения, Анна Дмитриевна.
В себя я пришла уже достаточно, чтобы вспомнить, что Хомяков меня навещал после покушения и был совершенно целым, во всяком случае в хомячином виде. Ох, сколько у меня появилось слов, которые захотелось сказать ему при личной встрече, но увы, Хомякова не было, был только Песцов.
— Я увидела рекламу вашего мехового салона, Дмитрий Валерьевич, и ужасно пожалела, что испортила с вами отношения. Скажите, а я могу рассчитывать хоть на самую маленькую скидку?
— Анна Дмитриевна, — с ласковой улыбкой сказал Песцов, — я лично распоряжусь, чтобы вас внесли в списки тех, кому никогда ни по какой цене ничего не продадут ни в одном моём магазине.
Мисс Мэннинг не забыла опрометчивого песцовского обещания, и первое, что сделала после размещения в гостинице со скромным названием «Гранд-отель», отправилась выбирать себе подарок. Зачем она при этом потащила меня с собой, я так и не поняла. Наверное, чтобы позлить Песцова, потому что в моих услугах по переводу она точно не нуждалась. Они мило беседовали, я же уныло бродила по залу, и ко мне даже не приставал ни один из приказчиков ювелирного магазина, в котором были представлены не только украшения, но и часы. Целый отдел с разнообразными часами: от маленьких дамских до огромных напольных. Вспомнился Звягинцев с его карманными на цепочке и привычке время от времени на них посматривать. Надеюсь, Рысьина не возложила на него вину за мой побег. Не хотелось бы, что милый Владимир Викентьевич из-за меня пострадал.
Я рассматривала часы, думая, что это был бы хороший подарок целителю, будь у меня деньги. Но ведь они когда-нибудь да будут, и тогда непременно закажу что-нибудь, да ещё и с дарственной надписью. А можно и не только Владимиру Викентьевичу. Часы — это же приличный памятный подарок? Или нет?
Вопрос тут же вылетел из головы, поскольку взгляд зацепился за совсем маленькую витрину, тем не менее закрытую сетью разнообразных заклинаний. Нет, так-то заклинания были на всём ювелирном магазине: затейливыми завитушками на огромных витринных окнах, крупной сетью на стенах и дверях, тонкой вязью на стекле стеллажей с драгоценностями. Но на этой витрине их было больше, чем на всех остальных поверхностях магазина. И не просто больше — защита была в несколько слоёв и воздух вблизи неё аж звенел от магического напряжения.
