Сказал он это с явным неодобрением. Наверное, слишком далеко еще дяде как до отращивания недостающих хвостов, так и до превращения в китаянку. Вот если бы это все у таинственного Ли Си Цына получилось, родственники наверняка отнеслись бы с большим пониманием к его странностям.
– А целители что говорят? – спросила я. – Можно это как-то повернуть?
На удивление, простейший вопрос вызвал у Песцова некоторое смущение.
– Те, с которыми консультировались, помочь не смогли, – ответил он. – Но, честно говоря, дядя и не слишком этого хочет. Предпочитает жизнь в провинции, и вообще…
Он неопределенно покрутил рукой в воздухе. Если он хотел этим жестом показать, что предпочитает его дядя, кроме жизни в провинции, то он глубоко просчитался. Понятней мне ничего не стало.
– А где он, Дмитрий Валерьевич, умудрился вляпаться в такое мудреное заклинание? На войне? Это такая вражеская, наверняка запретная, магия? Но сейчас-то мы ни с кем не воюем, значит, могли потребовать противомагическое средство.
– Не тараторьте, Елизавета Дмитриевна, – нахмурился Песцов. – Не могли, и не спрашивайте почему.
Значит, повреждение получено не на войне. И не на дуэли – вряд ли такие методы ее ведения допустимы, это же чистое убийство выходит, с полуоторвавшимся невосстановимым хвостом.
Мне надоело стоять, и я осторожно устроилась на полу так, чтобы меня нельзя было заметить в окно. Магия, повредившая песцовского дядю, меня необыкновенно заинтересовала. Получается, что помочь ему пытались, но не слишком активно, поскольку чего-то опасались. Но чего?
– Влип он в защитную магию? – озарило меня. – Причем в защитную какого-нибудь серьезного клана? Чем же он таким занимался? Клановые хранилища грабил?
Спросила я в шутку, но Песцову это шуткой не показалось: его волосы встали дыбом, а сам он частично трансформировался, потому что вырвавшиеся слова больше напоминали шипение, чем человеческий язык:
– Я вам ничего подобного не говорил!
Испугался ли он того, что мой вопрос попал в точку, или того, что дяде приписали столь неблаговидное занятие, я спросить не успела, потому что в дверь постучали и мне пришлось срочно убирать полог от прослушивания, а на себя ставить плетение отвода глаз.
Песцов открывал дверь с явной неохотой. Наверное, не слишком любил такого подозрительного родственника. А в номер вошел именно родственник: сходство было налицо. На первый взгляд, выглядел дядя довольно прилично. Если не считать, конечно, прищуренных глаз. Но было ли это следствием того, что Ли Си Цын хотел походить на настоящего китайца, или того, что он просто плохо видел, сказать бы я не решилась. Впрочем, за китайца его принял бы разве что слепой: бледная кожа, вытянутое лицо, острый нос, погрузившийся в пухлые щеки, и серые глаза просто-таки кричали, что к жителям Поднебесной он не имеет никакого отношения. Тяжелая шуба на плечах придавала торсу дополнительную массивность, хотя Ли Си Цын и без того был не худенький. Не зря, ох не зря Песцов упоминал про отращивание живота: уж что-что, а это родственнику точно удалось. Становилось понятно, почему превращение в китаянку не получалось: слишком много исходного материала. Из такого количества можно трех скроить, а значит, одного хвоста будет не хватать. Наверное, сказывалась «пушистая кость», общая для родственников, а вторая ипостась больше напоминала колобка, чем лису. Колобка с двумя лисьими хвостами. Белыми, как заячьи уши. Хотела бы я на это посмотреть хоть одним глазом…
– Дима, как же так? – возмущенно прогрохотал гость с порога. – Ты здесь, а до сих пор не зашел ко мне в гости?
– Так занят я был, – заюлил Песцов. – А сейчас вообще под арестом.
Спина, обращенная ко мне, олицетворяла честность. Словно племянник только и думал, как навестить родственника, о котором ранее и не упоминал.
– Арестом? – Ли Си Цын грузно развернулся. Оказалось, что за его спиной стоит Волков. Хорошая спина, надежная, за такой целую роту спрятать можно. А еще одну – под шубой… – По какому праву вы задерживаете моего племянника? Какие к нему претензии у военной разведки?
– Он, скорее, проходит в качестве свидетеля, – уклончиво ответил Волков. – Пока.
– Скорее, вы опять пытаетесь решить личные вопросы за счет ведомства, – отбрил его Ли Си Цын. – Я его забираю, и попробуйте только нас задержать. Дмитрий, собирайся!
Ли Си Цын зашел в номер и захлопнул за собой дверь, после чего сурово спросил у племянника:
– Во что ты опять вляпался, Дима?
– Я? – поразился Песцов. – Я никогда ни во что не вляпываюсь, дражайший дядюшка, в отличие от вас.
Песцовский родственник нахмурился и прищелкнул пальцами, после чего повернулся в мою сторону и укоризненно поцокал языком:
– Дмитрий, если бы ты ни во что не вляпывался, сейчас бы в твоем номере не сидела посторонняя девушка под кучей плетений. Барышня, вы знаете, что приличным девушкам негоже сидеть на полу? Продуть может.
