Я думаю, что открытие магнетического сна и появление синдрома множественного личностного расстройства прямо связаны между собой. Мне кажется, что в неорганическом умственном нарушении есть два элемента: само нарушение и феноменологическое выражение этого нарушения, язык симптомов заболевания. Симптом — это сообщение другим людям, которое рассказывает им о происходящем внутри. Другими словами, симптомы — это язык внутреннего нарушения. Насколько ясно будет выражено заболевание, зависит от адекватности используемого языка, а это, в свою очередь, зависит от тех категорий понимания, которые сейчас в ходу в человеческом обществе.

До появления парадигмы вторичного сознания единственной категорией, доступной для выражения переживания чужеродного сознания, была одержимость, или вторжение извне. С ростом признания вторичного сознания, присущего человеческому уму, стал возможен новый язык симптомов. Теперь человек с синдромом может выразить (а общество — понять) переживание по-новому: это вторичное сознание, действующее, хотя и странным образом, но в нормальном «я».

Это значит, что, открыв магнетический сон, Пюисегюр много сделал для той формы, в которой умственное нарушение могло теперь себя проявлять. Ибо он помог обнаружить язык, посредством которого переживание внутреннего отчуждения сознания могло быть выражено без понятия о вторжении извне — другими словами, не выражая это переживание как одержимость.

Короче, MPD было и раньше восемнадцатого столетия, но не опознавалось как таковое; на нее смотрели как на одержимость духами.

Случаи MPD оказываются как-то странно похожими друг на друга, так что я опишу один-два, давно известных. Самый первый произошел в 1789 году, когда у Эбергарда Гмелина в Штутгарте была пациентка по имени Каролина Бруне, которая менялась двумя личностями, одна из которых говорила по-французски и была более общительной, а другая — скромной немкой. Самый знаменитый из ранних случаев — это, несомненно, случай с Мэри Рейнольдс, тихой, застенчивой женщиной, у которой в возрасте тридцати шести лет случился припадок. Придя в себя, она обнаружила, что слепа и глуха, и оставалась таковой несколько недель, пока к ней не вернулись чувства. Позже она впала в кому и, когда она пробудилась через двадцать часов, то оказалась совсем другой личностью — живой, привлекательной, общительной. Но она была как маленький ребенок: даже не могла говорить, не говоря уже о том, чтобы помнить людей, вещи и язык. Ей приходилось учиться всему заново. Через пять недель она проснулась однажды утром опять в своей изначальной личности. Она была очень огорчена, узнав, что происходило в предшествующие недели, о чем она совсем не помнила. Через несколько недель Мэри Рейнольдс снова впала в продолжительный сон и, проснувшись, вернулась в Мэри-вторую, общительную, которую застала, где и оставила, в смысле изучения языка и прочем. Это переключение туда-сюда между двумя состояниями продолжалось до 1829 года, когда она окончательно изменилась до Мэри-второй и оставалась ею до смерти в 1854 году.

Перейти на страницу:

Похожие книги