– Ну, строго говоря, нам немного повезло. Неладное мы заподозрили, ещё когда вот о чём подумали: Проклятие ведь идёт по порядку. Вонь, вой, монстры, так? Ну вот, а Кэш слышал какие-то звуки задолго до запаха на болоте, и так мы поняли, что что-то не так. И потом мы нашли сенсоры. А потом придумали, что с ними делать.
– Кто это – мы?
– Я и Каролина.
Пальцы перестали постукивать.
– Так значит, вместе работали? Но я так понимаю, что открыть сенсоры через видение была твоя идея?
Кик кивнула.
– Ну конечно, чья ж ещё. – Бабушка потёрла ладонью щёку. – Ладно, я тебе прямо скажу: это ты неплохо придумала, только в следующий раз, когда изобразишь видение, обязательно держись за виски. Не надо вскидывать руки, как целитель-сектант. Нам надо беречь репутацию.
Кик так и приросла к полу.
– Э-э… чего?
– Ты мне не чегокай. Если у тебя задача средней сложности, приложи руку к виску. Если прилично так сложная, приложи обе. Можешь ещё подрожать немного – вроде как тебя трясут духи, или сделать вид, будто у тебя кровь пошла носом. Тут, правда, нужен красный пищевой краситель и светлая патока, но… – Бабушка поморщилась. – В общем, неважно. Главное, вот это правило, когда одна рука у висков, когда две. Безотказно работает.
Кик улыбнулась.
– Этого мне не понять.
– Да ничего сложного. В целом, саму манеру притворяться кем-то, кем ты не являешься, чтобы с тобой дружили, я, конечно, не одобряю, но если уж ты взялась, тогда делай хотя бы правильно. А теперь беги мыть руки и ужинать. Поняла меня?
– Поняла.
Но бабушка Миссури не отвела от неё глаз.
– И чтобы никаких мне расследований. Это опасно.
Кик хотела было согласиться, но что-то её остановило. Тело словно пробила дрожь, и на спину легла тень, огромная, как совиное крыло. Нет, она не может смолчать.
– Но мы должны вмешаться! Должны понять, что происходит! Всегда лучше знать правду, а кто, как не мы, знает наверняка, что никаких привидений, духов и проклятий нет! Мы с тобой знаем. Мы же сами про них всё время врём.
– Ты думаешь, я вру? – бабушка вскинула подбородок, будто Кик хлестнула её по щеке. – Ты серьёзно так думаешь, что я просто вру людям в глаза?
«Э-м-м, ну, можно, наверно, и мне соврать и сказать нет, но тогда я совру насчёт вранья, а это…»
Бабушка Миссури по-прежнему ждала ответа.
– Ну-у… да? – выдавила Кик.
Бабушка наклонилась к ней близко-близко, так, что их глаза оказались на одном уровне.
– Я говорю людям то, что они желают услышать. И если для того, чтобы взять себя в руки и сделать, что положено, им надо поверить в то, что эта истина исходит от духов, то разве это не нечто большее, чем просто враньё?
Кик пожала плечами. Она больше ни в чём не была уверена.
– Почему ты просто не можешь быть собой и говорить им от своего лица то, что им надо?
– Потому что мне они не поверят. Порой нужно, чтобы совет исходил от близких, а не от кого-то чужого.
– Но…
– Поймёшь, когда вырастешь. Иди уже.
Наступило солнечное, жаркое и влажное утро – в общем-то, такое же утро, как и всегда в Пустоши, только сегодня оно казалось другим.
«Возможно потому, что теперь я почти детектив, – подумала Кик, водя ложкой по кругу в тарелке с хлопьями. – Проклятие Скукотауна почти совершенно раскрыто».
Точнее, пока совсем не раскрыто. Разоблачение вышло скомканным, но разве Эдисон остановился на первой попытке сделать лампочку?
«Ничего подобного, – подумала Кик, погружая ложку в размякшие хлопья. – Он принимался за дело ещё 999 раз».
– Завтрак сам себя не доест, – раздался бабушкин голос из-за газеты. Бабушка Миссури читала статью о трейлерном парке, который смело ураганом, – новости не особенно оригинальные, потому что, как уже успела понять Кик, здесь в Скукотауне развод и ураган были самыми простыми способами потерять трейлер.
«Вероятно, какое-то взаимное притяжение, – подумала Кик, глядя на фото опустелой бетонной плиты на месте парка фургончиков. – Записать, что ли?»
Она бросила взгляд на рюкзак в прихожей, и решила, что лень вставать.
Бабушка Миссури перелистнула страницу.
– Что-то ты сегодня сонная.
– Я долго не могла уснуть вчера, размышляя о последствиях моих необдуманных действий.
Газета опустилась, и бабушка сверкнула на неё глазами. «Не отводить взгляд, – скомандовала себе Кик. – Не моргать. Не дышать».
Но через мгновение бабушка снова подняла газету.
– По-моему, дядя подъезжает.
Что-то не похоже, чтобы кто-то подъезжал, мелькнуло у Кик, но спорить она не собиралась. Вместо этого она выплеснула остатки хлопьев в раковину, подхватила рюкзак и выбежала в дверь, чуть не задавив Батлера. Тот шикнул и цапнул её лапой по лодыжке.
– Ой, Батлер, извини! – бросила Кик через плечо, выбегая на горбатый мостик, под которым Фиггис хлестнул хвостом и нырнул под воду.
Точнее, попытался нырнуть.
На самом деле почти вся спина и даже бока так и остались над поверхностью воды. Видимо, пора было умерить пыл в плане куриных котлеток.
– Пока, Фиггис! – крикнула ему Кик.
