Эрнст Ганфштенгль рассказывает, как самолет Гитлера однажды едва не упал в Балтийское море. Это произошло во время одного из пропагандистских туров, по пути из Кенигсберга в Киль. «Погода была очень плохой, все небо затянули тучи, но Бауэр [пилот Гитлера] поднялся над облаками, и мы летели при свете солнца. Однако мы не учли усилившийся боковой ветер, и когда мы вышли из облаков, внизу было лишь море, исполосованное дождем. Бауэр включил аппараты для ориентировки, но по какой-то причине берлинская станция не работала, а сигналы из Бремена и Любека постоянно прерывались и давали расходящиеся координаты. Топливо кончалось, и атмосфера стала очень напряженной… Я вспомнил, что Гитлер не умеет плавать… В конце концов он не смог больше этого выносить и заорал на Бауэра: “Поворачивай к югу, земля может быть только там!” … К тому времени ситуация стала критической. Топливные баки были практически пусты. Но в последний момент мы наткнулись на берег – мы оказались над каким-то средневекового вида городком, которого никто из нас не мог узнать». Этим городом был Висмар. Бауэру удалось сесть на аэродроме неподалеку «буквально на одном литре горючего. Гитлера пошатывало, это был один из немногих случаев, когда я видел его в состоянии физического испуга»261.
После покушения Штауффенберга в июле 1944 года Гитлер демонстрировал как трофей свои разодранные штаны, а также пиджак с квадратной дырой на спине. Его спокойствие основывалось, прежде всего, на этом «чудесном спасении». Словно этот акт предательства усилил его веру в собственную миссию. Во всяком случае, так он представил дело Муссолини, прибывшему в Раустенберг во второй половине того же дня с рабочим визитом. Когда они осматривали руины комнаты для совещаний, Гитлер сказал: «Я вновь и вновь думаю об этом и прихожу к заключению, что со мной ничего уже не случится, тем более что я не впервые чудом избегаю смерти… После моего сегодняшнего спасения я больше чем когда-либо убежден, что мне суждено довести наше общее дело до счастливого конца»262.
Также следует обратить внимание на любопытное явление, произошедшее в бункере фюрера под самый конец. Гитлер попрощался со своим окружением, и все знали, что самоубийство неминуемо. «Случилась неожиданная вещь, – рассказывает Тревор-Ропер. – Огромная тяжелая туча словно спала с душ обитателей бункера. Ужасный колдун, тиран, который заряжал все их дни невыносимым мелодраматическим напряжением, скоро уйдет. В эти краткие мгновения междуцарствия они могли повеселиться. В столовой канцелярии, где обедали солдаты и служащие, устроили танцы. Пришли вести [о неминуемом самоубийстве], но это не помешало развлечениям. Из бункера передали, чтобы они вели себя потише, но танцы продолжались. Портной, работавший в штаб-квартире, удивился, когда… бригаденфюрер Раттенхубер, начальник полицейской охраны и глава СС, дружески ударил его по спине и поприветствовал с демократической сердечностью… “Я заметил, что атмосфера полностью изменилась”, – рассказывает он. Затем от одного из своих товарищей он узнал о причине этой неожиданной и необычной приветливости: Гитлер попрощался, он собирается покончить с собой»263. Инструмент перестал работать; колдовские чары пали; асурическое влияние исчезло.
Во время красной революции в Баварии законное социал-демократическое правительство Гофмана бежало в Бамберг и некоторое время оставалось там даже после освобождения Мюнхена в мае 1919 года. Это значило, что реальная власть в республике Бавария была у рейхсвера (так были названы урезанные после войны немецкие вооруженные силы). Ими командовал генерал Арнольд фон Мёхль. Это одна из фигур, на которой не задерживается внимание историков. Но Мёхль обладал важными связями не только в высшем армейском командовании, он был в близких отношениях и «с пангерманцами, а в особенности с обществом Туле»264. Если свести вместе все имеющиеся факты, становится ясно, что этот командующий баварским рейхсвером был вовлечен в заговор правых кругов по свержению социал-демократического правительства.
Фельдмаршал Эрих фон Людендорф, вновь обретя уверенность, пошатнувшуюся после поражения Германии в войне, появился в Мюнхене в поиске сторонников будущего переворота. (Вскоре он окажется замешанным в «капповском путче».) Капитан Карл Майр позднее напишет, что «Людендорф и его друзья, словно голливудские “искатели талантов”, высматривали “лояльных” сотрудников». Людендорф вскоре обнаружил DAP – политический кружок, основанный обществом Туле. Его было не так сложно найти, ведь Людендорф встречался с поборниками национализма, включая генерала фон Мёхля, «каждую среду в небольшом конференц-зале в отеле “Четыре времени года”», в штаб-квартире общества Туле.
