Капитан знал, что Виктор Николаевич зря говорить не будет. Как знал он и о том, что никакие патрули не помешают рыбакам по обеим сторонам линии фронта общаться друг с другом. Он немедленно выслал два дозора на лыжах. Возвратившись через два часа, первый доложил:
– Многочисленные следы лыж на берегу Ловати.
Второй дозор привел трех "языков" - двух советских пехотинцев и подозрительное гражданское лицо.
Наступила ночь. Прёль объявил по своей части боевую готовность номер один. На противоположной стороне, над позициями русских взлетели в воздух красные и зеленые ракеты.
Холодная ночь шла к концу, но ничего не происходило. Ни единого выстрела не прозвучало на утопавшем в снегу фронте между озерами Ильмень и Селигер.
Пленных допрашивали с переводчиком. Гражданский уверял, что он рыбак из ближайшей деревни. Он говорил, что два солдата заставили его показать им дорогу к Взваду. Однако коротко остриженная голова выдавала в нем солдата, возможно выполнявшего разведывательное задание. Капитан Прёль велел запереть его в бане.
На допросе двух других пленных, одетых в военную форму, выяснились интересные подробности. Оба служили в советском 71-м лыжном батальоне. Они показали, что батальон их только недавно перебросили на фронт и что он был укомплектован снегоочистителями и аэросанями. Они пожаловались на то, что их плохо кормили. Вместо продовольствия на передовую присылали вооружение и боеприпасы.
Когда переводчик спросил, что им известно о возможном наступлении, пленные на какой-то момент заколебались, но потом сказали:
– Да, говорят, что шар полетит завтра.
Прёль составлял протокол допроса осторожно, не слишком доверяя пленным. Русские обычно начинают наступления с артиллерийской подготовки это своего рода предупреждение об атаке.
Утром 7 января Прёль доложил в дивизию. Он отправил еще несколько дозоров. Холодным восточным ветром надуло метель, которая замела пути и дорожки и даже занесла дорогу на Старую Руссу. Градусник за окном избы Советчика показывал 45 градусов ниже нуля.
В сумерках послышался гул авиационных двигателей. Замигал маяк в Железно, служа, вне сомнения, ориентиром для советского самолета. Как ни странно, нигде ни одна машина не приближалась к линии фронта. Никто не стрелял. Пушки молчали.
В 21.20 зазвонил телефон. Лейтенант Рихтер доложил с опорного пункта "Хохштанд-5" в трех километрах к юго-востоку от Взвада:
– Движение крупных частей неприятеля. Противник на аэросанях и на лыжах обходит нас.
С наблюдательного пункта, устроенного на колокольне церкви во Взваде, примчался связной:
– С юго-востока приближаются колонны техники; идут с включенными фарами.
Тут же в путь отправились два дозора. Вскоре один за другим явились связные:
– Противник овладел местностью в районе "Хохштанд-5".
– Лыжники противника около деревушки Подборовка - то есть к юго-западу от Взвада, на дороге к Старой Руссе. Они обеспечивают прикрытие снежным плугам, используемым на расчистке дорог.
Что это могло быть? Советские войска тихо, с большой осторожностью устремились вперед и прошли сквозь немецкий фронт, представлявший собой прерывистую линию отдельных опорных пунктов. Они пошли в наступление без артиллерийской подготовки.
Боевая тревога!
Телефонная линия, соединявшая Взвад с "Хохштанд-5", все еще действовала. Прёль позвонил лейтенанту Рихтеру:
– Снимайтесь с места немедленно и быстро во Взвад вместе с вашими людьми.
– Постараюсь, - ответил Рихтер.
Бесконечные колонны советских войск текли мимо немецких опорных пунктов. Рихтер и двенадцать бывших при нем солдат натянули поверх формы маскхалаты. Так они смешались с русскими, а в подходящий момент оторвались от них и невредимыми добрались во Взвад.
В 03.00 русские атаковали немецкий опорный пункт. Телефонная связь с дивизией оборвалась.
Но и без приказов сверху капитан Прёль отлично знал, что Взвад нужно удержать и использовать как "волнолом". Тем временем 6-я рота 1-го полка связи Люфтваффе, части 38-го мотоциклетного батальона из состава 18-й моторизованной дивизии и 2-я рота 615-го батальона местной обороны вошли во Взвад, чтобы не быть раздавленными русскими лавинами. В результате под командованием у Прёля собралось 543 человека.
Эти 543 человека обороняли изолированный опорный пункт на берегу озера Ильмень, расположенный на переднем крае немецкого фронта, в течение тринадцати дней - неприступный островок в море неприятельского наступления.
Русские делали все, чтобы стереть с лица земли Взвад - опорный пункт на дороге. Они бросали в бой батальоны лыжников. Поливали немцев огнем из "сталинских оргбнов". Вызывали истребители-бомбардировщики. В конце концов они пустили танки. Но Взвад держался.
Советская артиллерия обстреливала село зажигательными снарядами, чтобы лишить солдат теплого ночлега. Подожженные фосфорными боеголовками, деревянные избы сгорали как факелы. Огонь сожрал палаты госпиталя и перевязочный пункт. В 35-градусный мороз двадцать один раненый остался лежать на матрацах и одеялах у сгоревших остовов домов.
