Гитлер против Сталина полностью

Только немецкая точность и аккуратность позволили регулировщикам избежать пробок и неразберихи. Офицеры–управленцы курсировали на мотоциклах и легких самолетах. Стремительное продвижение вперед зависело от точного исполнения плана переброски частей. Заправщики со своим опасным грузом подъезжали почти к самой линии фронта. Вдоль маршрутов движения были установлены цистерны с горючим для заправки. План предусматривал трехдневный марш без остановок. Чтобы водители не заснули, им раздавали сильное стимулирующее средство первитин, который именовали «танковым шоколадом».

Но бензин и первитин были зарезервированы только для дюжины ударных дивизий. Остальная армия вступила в бой в пешем строю. Это была очень рискованная для немцев кампания.

Ошибочно думать, что германские генералы открыли чудодейственный рецепт победы. Больше они не смогут повторить успех лета сорокового. Как и при нападении на Советский Союз, вермахт не имел необходимых резервов. Топлива было только на пять месяцев войны. Если бы не удалось сразу добиться успеха, вермахт бы утратил наступательный потенциал, и положение изменилось бы не в пользу Германии (как это произойдет в войне с Советским Союзом). И в сороковом, и в сорок первом ставка делалась на первый удар. Французы в сороковом не выдержали. Советский Союз, куда более мощное государство, располагая несравнимо большим потенциалом и пространством для маневра, выстоял.

Но в сороковом в вермахте никто не анализировал опасные повороты уже выигранной войны. Упоение победой сыграло дурную шутку с генералами вермахта. Политическая карта Европы переменилась. За несколько недель Германия стала властителем континента от Балтики до Гибралтара, от Северного моря до Черного. Генералы поверили в гений фюрера.

13 июля 1940 года начальник генштаба Франц Гальдер записал в дневнике:

«Больше всего фюрера волнует вопрос, почему Англия не хочет пойти по пути к миру. Как и мы, он считает, что Англия еще имеет надежду на Россию. Придется силой заставить Англию согласиться на мир. Но на это он идет неохотно. Если Англия будет разбита, Британская империя распадется. Пользы от этого Германии — никакой. Пролив немецкую кровь, мы добьемся чего–то такого, что пойдет на пользу лишь Японии, Америке и другим…»

18 июля в Берлине был устроен парад победы. 19 июля Гитлер произнес большую речь в рейхстаге. Он предложил мир Англии.

«Я снова заметил, — отмечал корреспондент американского радио в Берлине Уильям Ширер, — что он может произносить речь с честным лицом порядочного человека. Возможно, кое–что из его вранья ему самому таковым не кажется, потому что он фанатично верит всему, что говорит».

Гитлер торжественно объявил, что произвел Германа Геринга в рейхсмаршалы и присвоил высшее воинское звание генералфельдмаршал двенадцати генералам: пехотинцам Вальтеру фон

Браухичу, Федору фон Боку, Эрвину фон Вицлебену, Вильгельму

Кейтелю, Гюнтеру фон Клюге, Вильгельму фон Леебу, Вильгельму Листу,

Вальтеру фон Райхенау, Герду фон Рунштедту и летчикам командующему 2‑м фоздушным флотом Альберту Кессельрингу, заместителю министра авиации, командующему 5‑м воздушным флотом Эрхарду Мильху и командующему 4‑м воздушным флотом Хуго Шперле.

Генрих Гиммлер и начальник главного управления имперской безопасности Райнхард Гейдрих сидели в зале и ловили каждое слово фюрера. Гейдриха фюрер вовсе не упомянул. О рейхсфюрере СС сказал одной фразой, отметив заслуги «товарища Гиммлера в обеспечении безопасности нашего государства».

21 июля Гитлер отправился в Веймар на вагнеровский музыкальный фестиваль. Перед отъездом он приказал генералу Вальтеру фон Браухичу готовить план военной кампании против Советского Союза. Из Веймара Гитлер поехал в Бергхоф. Несколько дней подряд он совещался со своими военными. Фюрер никак не мог принять решение: кто станет следующей жертвой?

29 июля к нему приехали начальник штаба оперативного руководства вермахтом генерал Альфред Йодль и его подчиненный генерал Вальтер Варлимонт. Гитлер сказал им, что время нападения на Советский Союз надо перенести с осени сорокового на весну сорок первого.

31 июля прибыл главнокомандующий военно–морским флотом гроссадмирал Эрих Рёдер. Он предложил назначить высадку в Англии на 15 сентября. Операции будет предшествовать восемь дней ожесточенных бомбардировок. Гитлер согласился с адмиралом.