Прежде, чем начать наше заседание, хочу сказать, что несколько недель назад ушел из жизни последний член ГКЧП Олег Дмитриевич Бакланов. Я прошу почтить его память минутой молчания.
(Минута молчания. Все встают.)
Спасибо. Можно я по-семейному сидя? Спасибо.
Товарищи! Начинаем заседание круглого стола. У нас ведется стенографирование. Я думаю, что нам удастся по материалам этого круглого стола издать сборник материалов, которые здесь прозвучат, поэтому я прошу быть внимательными в своих выступлениях и содержательными. Напомню, что тема нашего круглого стола «30 лет Государственному комитету по чрезвычайному положению».
Ровно 30 лет назад в этот день советский народ услышал такое словосочетание, как ГКЧП. И сегодня на круглом столе мы попытаемся вернуться к тем трагическим нескольким дням, когда была предпринята попытка со стороны ГКЧП препятствовать разрушению СССР.
Я хочу сказать, что ГКЧП – это не выдумка 19 августа 1991 года, это – орган, который имел место в советском законодательстве. Просуществовал ГКЧП в том варианте, в котором он образовался в эти дни, с 18-го, по сути дела, по 21 августа 1991 года. Я просто напомню вам состав этого органа. В него вошли:
Янаев Геннадий Иванович – вице-президент Советского Союза, член Центрального Комитета КПСС;
Бакланов Олег Дмитриевич – первый заместитель Председателя Совета обороны СССР, член ЦК;
Крючков Владимир Александрович – Председатель КГБ СССР, член Центрального Комитета;
Павлов Валентин Сергеевич – премьер-министр или Председатель Правительства Советского Союза, член Центрального Комитета;
Пуго Борис Карлович – министр внутренних дел, член Центрального Комитета;
Стародубцев Василий Александрович – Председатель Крестьянского союза СССР, член ЦК партии,
Тизяков Александр Иванович – Президент Ассоциации государственных предприятий и объектов промышленности, строительства, транспорта и связи СССР,
Язов Дмитрий Тимофеевич – министр обороны СССР, член Центрального Комитета.
Как видите, это были люди, облеченные большой властью, большими возможностями, и в совокупности, конечно, Комитет ГЧП имел возможность принимать самые нужные, необходимые и важные решения.
Кроме того, многие руководители высшего состава были вовлечены в действие ГКЧП и впоследствии поддержали этот Комитет, за что впоследствии подвергались гонениям и репрессиям.
Члены ГКЧП выступили против проводившейся президентом СССР Горбачёвым антинародной политики, а также против подписания нового Союзного договора о преобразовании СССР в конфедеративный Союз Суверенных Государств, куда планировались войти 9 из 15 союзных республик Советского Союза. Поэтому члены ГКЧП, как патриоты, я считаю, своей страны предприняли попытку предотвратить предательский замысел. Попытка представителей высшего руководства СССР сохранить Советский Союз прямо отражала стремление выполнить волю народа, однозначно высказанную на референдуме 17 марта 1991 года.
Однако разрушительными силами эти действия были истолкованы как путч, хотя реальные путчисты – Горбачёв, Яковлев вместе с Ельциным и его сторонниками – вели дело к разрушению советской государственности и реставрации капитализма в стране в самых грубых, примитивных, как мы видим сегодня, компрадорских формах.
В первом своем воззвании ГКЧП оценивал общее настроение в стране, как весьма скептическое по отношению к новому политическому курсу на демонтаж централизованных федеративных структур управления страной и государственного регулирования экономики, осуждал негативные явления, которые новый курс Горбачёва вызвал к жизни. Это и спекуляция, и теневая экономика. Провозглашал Комитет, что развитие страны не должно строиться на падении жизненного уровня нашего народа и обещал жёсткое наведение порядка в стране и решение основных экономических проблем.
Эти четыре дня, в которые существовал ГКЧП, вызвали в нашей стране, у нашего народа и в стране надежду, что СССР сохранится. В принципе, народ поддержал ГКЧП. К сожалению, этого не случилось в основном из-за нерешительности, я бы сказал, самих членов ГКЧП и целого ряда допущенных ошибок. Одна из них, может быть самая главная, они не сумели изолировать Ельцина, который оказался главным оппонентом ГКЧП вместе со своими сторонниками, объявившими действие членов Комитета антиконституционными. Хотя Ельцин был, по сути дела, на даче, и дача эта была окружена сотрудниками «Альфы». Утром 19 августа, по распоряжению Крючкова, ему разрешили выехать с этой дачи, и он обосновался в Белом доме со всеми вытекающими в дальнейшем событиями.
После поражения ГКЧП их действия были осуждены органами законодательной и исполнительной власти СССР, РСФСР и ряда других союзных республик и квалифицированы, как государственный переворот. Хотя, еще раз хочу сказать, что члены ГКЧП действовали в строгом соответствии с Конституцией и советским законодательством.
