После обеда я, переборов себя, проводила сладкую парочку в офис Эллен, где мы наконец поговорили немного о делах. После всей той ерунды, которая обсуждалась за ланчем, я испытала значительное облегчение. И все же мне не терпелось скорее от них сбежать. Переговоры завершились через пятнадцать нескончаемых минут, и затем я решила заглянуть в дамскую комнату у них на этаже. Примостившись на унитазе, я вдруг услышала цоканье каблуков. Две женщины продолжали беседу. Женщинами этими были Эллен и Лиз.
— Ты ее так расхваливала, а я вообще не пойму, что в ней особенного, — сказала Лиз.
Ей отвечал голос Эллен:
— Ну, Ти-Джей считает ее очень одаренной. И ее общественный статус помогает компании держать марку.
— Одаренной? Да какой же нужен дар, чтобы насильно запихивать людям в глотку свою собственную личность? — хмыкнула Лиз. — Да и кто вообще решит назвать журнал своим именем? По-моему, только законченный нарцисс.
Сомнений не осталось. Они перемывали кости
— Ну, иногда с ней весело, — признала Эллен. — Мы провели немало времени вместе. А потом она вдруг утратила интерес к общению со мной за пределами офиса.
Я удивилась, заслышав в ее голосе обиду.
— Ну, теперь мы снова будем работать вместе, и у тебя появится человек, с которым ты сможешь проводить время и в офисе, и за его пределами. Притом человек, подходящий тебе по мировоззрению, — сказала Лиз. — Сама же видишь: ей доверять нельзя. Я уловила негативные волны, которые от нее исходят. Она ветрена, она просто подлизывалась к тебе, когда это было в ее интересах…
Ее голос затих, заглушенный шумом воды, а после и вовсе исчез за закрытой дверью.
Меня всерьез это задело. Выслушав ее тираду, я не поняла двух вещей: во-первых, как Лиз согласилась перейти в «Джилл» из «Харизмы»; во-вторых, как она, игнорируя меня все два часа за обедом, умудрилась все же составить столь нелицеприятное мнение обо мне и моих взглядах. Лиз жестоко ошибалась во мне. Но я, кажется, тоже немного ошиблась в Эллен.
Главным, что я вынесла из этой беседы, было следующее: доверять Лиз Александр я не могу ни при каких обстоятельствах.
Как выяснилось в тот же день, Пол тоже ей не доверял. Мы обсудили поспешную замену в его офисе вскоре после инцидента в уборной.
— До тех пор пока они не начнут вмешиваться в созидательные аспекты, нам придется поверить, что они способны продать
— А почему ты тогда волнуешься? — спросила я.
Пол вздохнул.
— Потому что мы с тобой только что потеряли отличного издателя и союзника в лице Линн. А Лиз — прихвостень Эллен из «Харизмы». А это, в свою очередь, означает, что они обе уже много лет работают с Ти-Джеем. Я не смогу соперничать с этим альянсом.
Я понимала его: «Харизма» ведь тоже принадлежала «Нестром». И хотя Пол и Эллен должны были обладать равными правами под управлением Ти-Джея, приход Лиз явно накренил чашу весов Эллен.
Понимаете ли, иерархия «Нестром» напоминала военные чины. Ти-Джей был, безусловно, генералом. В его подчинении находился целый взвод полковников, каждый из которых отвечал за несколько изданий. Пол и Эллен были полковниками, в чьи обязанности входил контроль моего журнала. Пол был креативным директором «Джилл» и отвечал за его содержание и внешний вид. Эллен являлась нашим председателем правления и заведовала официально-деловой подоплекой. Я же была майором по творчеству и подчинялась Полу Лиз — майором в вопросах бизнеса и отчитывалась Эллен. Таков нормальный порядок.
Но вскоре после прибытия Лиз в нашей субординации воцарился полный хаос, будто бы в часть заслали Дональда Рамсфельда. Лиз стала вести себя как полковница; Пола, казалось, разжаловали до майора, а со мной и вовсе обходились как с солдатиком без офицерского звания.
По иронии судьбы, эта перемена в инстанциях командования — и в отношении Эллен ко мне — стала ясна благодаря отбеливающему зубному порошку.
Мы протестировали несколько брендов порошка и, сопоставив результаты, накропали статью. Один бренд вообще ни черта не отбеливал, о чем мы честно известили наших читательниц. Это было вполне типично для «Джилл», и раньше никто бы не сказал и слова поперек. Поначалу так оно и было. Но буквально за несколько часов до отправки журнала в типографию мне позвонила Лиз.
— Я хочу, чтоб ты убрала «Спаркл» из той статьи про отбеливание зубов, — заявила она приказным тоном.
— Почему? — ошеломленно спросила я. «Спаркл» даже не размещал у нас рекламу, а именно это обычно заставляло наших бизнес-леди ощетиниваться.
— Потому что я давно пытаюсь связаться с кем-то из их учредителей, а если статью опубликуют, то я никогда ни с кем и не свяжусь, — объяснила она.
— Какая разница? — удивилась я. — Разве они не специализируются на товарах по уходу за зубами? Все равно они не подходят для «Джилл».
