Граус, превозмогая страх, посмотрел наверх. Небо, перерезанное сосновыми стволами и ветвями, неожиданно исчезло — вместо него эовин увидел всепоглощающую черноту, в которой изредка мелькали всполохи пламени. На минуту Инстернис остолбенел, и, не владея собой, схватился руками за голову и рухнул на колени. Его лицо исказила гримаса первобытного страха, и мужчина ощутил, как сильно дрожит его тело. В воздухе вдруг запахло мочой — видимо, кто-то из солдат не выдержал.
— Что это… Во имя богов древности, что это? — шептал Граус, пока его подчинённые, словно дети, кричали, не в силах совладать со страхом. Солдаты не могли встать на ноги, а потому ползком пытались покинуть страшное место, пока дымящая громада, ревущая голосом самой бездны, стремительно плыла по небу. С каждой минутой она замедлялась, но ни Инстернис, ни его армия, ставшая за считанные секунды жалкой и беспомощной, не замечали этого.
***
— Ах, какая милая вещица! — Реза хлопнула ладонями. — Я и не думала, что она настолько велика. А её скорость! Великолепно!
Девушка подбежала к одному из солдат батальона и схватила его за руку в стальной перчатке.
— Это потрясающе, но всё-таки мы опоздали… — заметила Тиен, и в её глазах мелькнул радостный огонёк. — Раз так, то я смогу развлечься. Надоели эти чёртовы овраги! Слушать всем!
Воины, выстроившиеся на небольшой поляне, среди коряг и омертвелых деревьев, враз грянули: «Так точно!», после чего девушка забралась на площадку паукообразного бронехода и воскликнула:
— Вы должны ждать! Когда я со всем разберусь, вы пойдёте в Лайд и уничтожите всех, кого только можно. Выжить не должен никто! Забудьте о жалости, о своей человеческой сути, просто развлекайтесь и проследите за тем, чтобы ни одна живая душа не смогла сбежать из города! Рассчитываю на вас.
Вновь раздался привычный выкрик, и Реза, вскинув руку, поманила командира батальона. Мужчина, закованный в броню, молча забрался в кабину бронехода, девушка же осталась на привычном месте.
— Прошу, милый, веди это чудовище к городу. Я хочу посмотреть на Машину поближе.
***
Тем временем, Максим Раапхорст правил многотонной машиной и успевал лишь поражаться тому, как легко у него это выходило. Он носился от одной приборной панели к другой, дёргал за рычаги, рубильники, нажимал десятки кнопок, но почти не уставал. Вид, открывшийся со стометровой высоты, завораживал, и эовин жалел лишь о том, что у него нет времени насладиться им как следует.
— Проклятье! — взревел командир.
— Что случилось?
— Сам посмотри! — закричал старик. — Лайд разрушен! Мы опоздали и только зря раскрыли тайну. Теперь вряд ли нам удастся договориться о сотрудничестве с Арпсохором!
Максим в растерянности развёл руки.
— И как нам теперь быть?
— Хотел бы и я знать, — огрызнулся старик и подошёл к оконцу, расположенному в правой части рубки управления. Несколько минут командир молчал, раздумывая над тем, как поступить. Как только решение было продумано, старик вернулся к Максиму.
— Так или иначе, у нас есть оружие, и было бы глупо упустить столь удобный случай для его испытания. Да, кажется, союз с Арпсохором нам не светит. Ну и что? Мы справимся своими силами, благо, теперь их у нас предостаточно, — собеседник Раапхорста провёл пальцем по усам. — Добей эту крепость, мальчик, а вместе с ней и войска нашей милой страны. Эти твари должны умереть! Все до единого!
Максим побледнел, и тысячи мыслей хлынули в его сознание. Едва удержавшись на ногах, мужчина опёрся о приборную панель. Угрызения совести вернулись к нему, но делать было нечего — командир был прав: уничтожить тварей, разжигающих войну — одна из задач сопротивления. Повернувшись к старику, Максим кивнул. Торопливо отщёлкнув несколько тумблеров, мужчина вывел на экран, находившийся посередине технической панели, данные внешних датчиков и, активировав защиту основных частей Машины, заставил выдвинуться из чёрных недр титанового эллипсоида два исполинских ствола. Вместе с тем, тёмно-коричневая поверхность завибрировала, и створки, установленные под центральным алым огнём, стали со скрежетом раздвигаться. За ними, словно щупальца, висели громадные чёрные трубы, концы которых подсвечивались оранжевыми лампами.
— Решайте, сэр, с чего мы начнём, — сказал Максим. — Ударим по городу тепловым зарядом или же… Честно говоря, я не знаю, как правильно это называется. Что-то вроде создания пространственных искривлений. Некоторые эовины умеют это делать, но не в таких масштабах. По крайней мере, я с подобным не сталкивался.
— Это не будет опасно для нас? — старик поднял правую бровь, в его глазах мелькнуло сомнение. — Ты знаешь устройство этого оружия.
— Мы в безопасности настолько, насколько позволяет система этой машины. Не думаю, что нам что-то угрожает, — промолвил Максим. — Хотя, честно говоря, исказитель пространства — единственная часть нашей крепости, устройство которой мне не понятно. Кажется, оно комбинирует в себе технику и органику, что может значить только одно…
— Что же?
— Сращение плоти, — многозначительно изрёк Раапхорст, — возможно, некогда принадлежавшей эовинам.
