– Ну уж нет, – фыркнула я, перебив этого слишком уж благородного. – Не желаю «не очень». Хочу очень-очень!
– А я хочу тебя, – хриплый выдох мне в губы. И демоны, что плескались в синеве любимых глаз. – Но буду хотеть осторожно.
– А может, мне не нужно этого осторожно? – возмутилась я, чувствуя, что просто не переживу томительную, долгую прелюдию. Просто взорвусь от желания.
– Одри, ты… – с отчаянием выдохнул дракон, которого я пыталась всеми силами совратить с пути осторожности.
– Какая? – томно протянула я.
– Нетерпеливая, – коварно улыбнулся дракон и, резко подавшись вперед, завладел моими губами.
Поцелуй – ожог. Поцелуй – тайфун. Поцелуй, от которого у меня напрочь снесло крышу.
А мужские руки меж тем подхватили ткань моей сорочки, потянув ту вверх, чтобы спустя секунду скинуть ее на пол. Мне же пришлось куда тяжелее: и опыта в разоблачении (как чужих тел, так и преступников) у меня было куда меньше, чем у Ричарда, и одежды на драконе оказалось больше. Но с мужской рубашкой я справилась. А еще ведь был ремень. И штаны! Демоновы штаны с сапогами! Кто только их придумал?!
Хотя все мысли разом вылетели из головы, когда глубокий выдох моего отчаяния встретили теплые руки дракона, чуть сжавшие грудь. Полушария, полно легли в мужские ладони и начали твердеть от ласк под чуткими пальцами. А мне захотелось запрокинуть голову, прикрыть глаза и насладиться этими упоительными ощущениями.
Прикосновения спустились ниже, к бедрам, словно призывая меня замереть. Я своевольно поерзала. Хочу и буду! И вообще, это не я нетерпеливая, это все обстоятельства! Вот. А я их жертва.
Дракон на этот мой ерзательный демарш шумно выдохнул и закусил губу до крови. Его железный самоконтроль плавился, стекая раскаленным металлом, но еще держался. А сам Ричард держал меня под ягодицы, готовый…
Еще один поцелуй. Дикий. Жадный. Сметающий все. Выжигающий. Напористый.
Из груди вырвался очередной стон, и в этот момент я ощутила, как меня поднимают.
– Твои раны, – выдохнула я, вынырнув из марева удовольствия.
– К демонам раны! – выругался Ричард так, что стало понятно: ему гораздо хуже будет, если мы сейчас остановимся.
А после бережно положил меня на кровать, сам чуть отстранившись. Я не выдержала такого произвола и одиночества и чуть приподнялась, прогнувшись в спине. Ричард, который в этот момент самостоятельно избавлялся от оставшейся одежды, усмехнулся.
– Моя нетерпеливая… – протянул дракон, кажется, ничуть этим фактом не огорчаясь и окидывая меня взглядом.
И каким! Да таким взором можно ледники топить! Что уж говорить об одной несчастной девушке, которая готова была вот-вот закипеть, превратиться в пар, но испариться отсюда – ни за что! Только конденсироваться на одном драконе.
Если только тот раньше меня не съест. Потому как склонившийся надо мной Ричард решил, что уделил слишком мало внимания груди, и его бархатный язык обвел сначала одну затвердевшую горошину, потом лизнул и чуть прикусил, отчего я охнула, сминая руками простыни.
Дракон на это самодовольно улыбнулся и приступил ко второй фазе плана… в смысле полушарию.
Я зажмурилась, не в силах вынести этой сладкой пытки с открытыми глазами, и полностью погрузилась в ощущения. Такие будоражащие, горячие, томные…
Тянущее чувство внизу живота. Прикосновения. Поцелуи. Укусы. И… желание, бешеным набатом бьющее по вискам. Бум-бум-бум… Как таран.
«Ну же, давай, отпусти вожжи… ей все равно будет больно… Нельзя», – пронеслось в мозгу, и я не сразу поняла, что эти мысли не мои. А… Ричарда.
Едва осознала это – распахнула глаза и встретилась со взглядом бушующей синевы, которую рассекал вертикальный зрачок.
«Я тоже тебя слышу. Так бывает иногда у истинных в моменты единения», – прозвучало в моей голове.
Это оказалось странное чувство. Непривычное. Яркое. Острое. И удивительно возбуждающее – чувствовать себя через эмоции любимого.
Ричард был прав, порой стоит не торопиться… а наслаждаться моментом. Это я и сделала. С огромным удовольствием провела руками по плитам мышц мужской груди, где еще были отчетливо видны полоски шрамов, гладя, лаская.
А после мои пальцы сами собой (честное авторское, я тут ни при чем!) скользнули ниже, на подтянутый напряженный живот, добрались до дорожки темных волос и, на миг замерев, продолжили путь, закончившийся мужским судорожным вздохом, после которого меня накрыл шквал эмоций Ричарда.
И они так будоражили. Да и ситуация в целом тоже. Мои пальцы чуть сжались, почувствовав под собой твердую готовность дракона продолжить и эту ночь в частности, и свой драконий род в целом. Я сглотнула, остановившись… столько эмоций. Моих. Его…
И тут Ричард накрыл мои пальцы своей ладонью, и рука подалась вверх, чтобы после опуститься.
– О-о-о-о-а-аах! – не сдержалась я под натиском наших с драконом общих ощущений.
Любимый поймал этот крик губами и убрал свою ладонь с моей.
А я, сглотнув, повторила жест уже сама, еще раз, и еще… Плавно. Тягуче. С наслаждением. И в меня проникали мужские эмоции, доводя до сумасшествия, заставляя зажмуриться: так невыносимо-хорошо мне в них было.
