Мама молча отстранила Ляльку и быстро положила кота в корзинку.
– На работу схожу. Там сегодня Вера Фёдоровна дежурит. Попрошу помочь. Она же врач.
– Я с тобой, – схватилась Лялька.
– Нет, ты с бабушкой остаёшься. Видишь, бабушка расстроилась. Кто-то должен за ней присмотреть.
– Да возьми ты её, – попросила бабушка, – рыдает тут. Сил нет слушать.
– Ну пойдём, раз такое дело, – неохотно согласилась мама. – Дождь на улице, простынет ещё.
– Не простыну, – пообещала Лялька, – только бы Васю вылечили.
Мама прикрыла корзинку платком, и они пошли в медпункт при заводе.
– Вера Фёдоровна, помогите, – мама поставила корзинку на кушетку. – Кормилец наш помирает.
Слёзы закапали из глаз. Рядом захлюпала носом Лялька:
– Вася наш заболел.
– Ну-ну, без сырости мне тут, – пожурила их Вера Фёдоровна. – Что случилось?
– Не знаю. Вчера вроде нормальный был, – мама ладонью смахивала упрямо набегающие слезинки.
– Нормальный вчера был, – повторила Лялька, – я ему морковку вчера давала, а он не ел. И сегодня давала, а он не ел.
– Молодец, – похвалила Ляльку доктор, – с другом всегда надо делиться.
Она внимательно осмотрела Ваську, послушала стетоскопом и сказала:
– Воспаление у него. Дыхание жёсткое. Температура высокая.
– А что же делать?
– Лекарство бы ему, да где взять? Для людей нет, не то что для котов. Хотя сейчас коты в диковинку, а не люди. В аптеку зайди. Может, найдут. А так – кормите его получше, если есть чем. Может, Бог даст, и поправится.
Она растерянно развела руками:
– Анечка, рада бы помочь, да нечем. Только хвойная настойка в наличии.
В аптеке мама сразу расплакалась.
– Лекарство очень нужно, пожалуйста. Воспаление. Помирает.
Пожилая женщина-фармацевт выслушала её внимательно и отрицательно покачала головой:
– Нет у нас ничего. Всё, что было, отдали в госпиталь.
– Мне очень нужно. Температура у него слишком высокая.
– Ребёнок? – спросила та сочувственно.
– Вася заболел, – сморщилась Лялька, готовая зареветь, – а бабушка говорит, не жилец. А он жилец, тётя. Он самый лучший жилец.
– Сколько ребёнку?
– Мне шесть, – громко ответила Лялька, – а Вася у нас маленький совсем.
– Вот, – мама открыла корзину, – года три ему вроде.
– Это… это же кот, – ахнула фармацевт, – живой, настоящий! Как вы его сберегли?
– Это он нас сберёг, а мы не можем помочь ему, – мама изо всех сил сдерживала рыдания.
Женщина задумалась на минутку и сказала:
– Постойте. Дам вам один пакетик. Поделите на три приёма. Это поможет. И кормите его получше.
Васька очнулся, когда ему в рот потекло что-то жидкое и очень вкусное. Он глотал, а вкуснятина всё текла и текла.
«Да я уже, похоже, на радуге, – пришла ему в голову весёлая мысль, – в кошачьем раю. Вот теперь-то я наконец заживу».
Он открыл рот пошире, чтобы побольше вкуснятины поместилось. Но больше в рот ничего не попало.
– Хватит, – услышал он, – много ему нельзя. Я пораньше пойду в магазин, может, мясо удастся купить. Вчера по карточкам баранину давали. Мне соседка сказала. Ваську бы кашкой на бульоне покормить.
– Мама, а он поправится? – услышал он сдавленный от слёз родной Лялькин голос. – Только для Васи мяса попроси. Для меня не надо. Только для Васи попроси.
Лялька всхлипывала и громко шмыгала носом. Васька открыл глаза. На него жалостливо смотрела зарёванная Лялька.
– Не умирай, Вася, не умирай. Мама тебе мясца купит, – прошептала она и заревела навзрыд:
– Не умирай, Вася-а-а.
«Да что ж ты меня хоронишь раньше времени», – Васька хотел стукнуть её лапой по носу.
Он, пошатываясь, поднялся и сел. За ним испуганно наблюдала баба Зина:
– Ой, хоть бы выжил.
Не обращая на неё никакого внимания, Васька не спеша стал умываться. Тёр кляксу на носу и за ушами тёр, а потом принялся вылизывать живот.
Бабушка тихонько крестилась, поглядывая на икону:
– Господи, помилуй, вроде ожил.
А радостная Лялька принесла петушка на палочке и положила рядом с Васькой:
– Кушай, котик. Это мне папа подарил на день рождения. – А сама отвернулась, потому что ей хотелось тоже полизать петушка. Но Васе нужнее, он же болеет.
Васька леденец понюхал и равнодушно отвернулся.
– Мясо ждёшь, разбойник, – ласково выговаривала ему бабушка, – ну жди, жди. Будет тебе мясо. Нюрочка обязательно выкупит. Ох и напугал ты нас, разбойник.
Мама домой летела как на крыльях. Девятьсот граммов баранины, завёрнутой в плотную серую бумагу, лежало в её сумке. Целых девятьсот граммов – почти килограмм удалось выкупить. Теперь в доме будет настоящий суп. И Васька обязательно поправится, и Лялька окрепнет.
А в квартире всё ходило ходуном. Лялька скакала на своих тонких, костлявых ножках вокруг стола, за которым сидела бабушка. Васька соскочил с дивана и пошлёпал к маме, принюхиваясь на ходу.
– Вот разбойник, – улыбнулась бабушка, – учуял уже.
Мама счастливо улыбнулась:
– Принесла.
На столе лежало письмо и стояла картонная коробка, туго перевязанная шпагатом.
– Мама, – закричала Лялька, – папа нашёлся! Прислал нам посылку и письмо. Мы ждём тебя, не открываем.
