За этим процессом субъект управления — Глобальный Предиктор — как бы исчезает, поскольку культура создаёт иллюзию самостоятельности индивида, принимающего решения. То есть тайным, закрытым становится субъект управления, но не концепция. Концепция в принципе не может быть тайной для тех, кто способен видеть весь процесс, описанный выше. Также не может быть тайной и нравственность субъекта — она легко определяется по формуле: „По делам их узнаете их“
Для Котовского же (как можно понять из его выступления, в котором он настаивает на необходимости изучения Талмуда, Каббалы, руководящих документов масонства и т. п.) тайной является сама „концепция“, поскольку как герметичное знание она даётся только особо посвященным. К этому можно добавить, что всякое посвящение сопровождается одновременным наложением определённых внутренних запретов на освоение любых знаний, выходящих за рамки знания, даваемого в посвящении. Суть внутренних запретов, даваемых в обход сознания через безсознательные уровни психики: всё в этом мире настолько сложно, что необходимо многие годы и десятилетия готовиться, чтобы подойти к пониманию проблем, стоящих перед человечеством, особенно в области богословия. Вот и тратят отдельные индивиды всю свою жизнь на такую подготовку, усваивая множество фактов и становясь многознайками, уклоняясь от простоты во Христе, вместо того, чтобы понять роль методологии в самом процессе познания. Хорошо, если его, как Моисея Израилевича Меттера в конце жизненного пути „пробьёт“ и он с горечью заявит:
Цитата:
„Мне кажется, никогда ещё не было такой массовой потребности осмыслить своё прошлое, какая наблюдается у людей сейчас. Наше прошлое загадочно. Оно загадочно не столько по фактам, которые когда‑нибудь ещё и ещё вскроются, а психологически.
Для меня это именно так. Фактов мне хватает. Я сыт ими по горло.
Я нищ методологически.
Факты не могут объяснить для меня самого главного — психологии людей. Забираясь назад, вглубь, каждый из нас останавливается в том пункте, далее которого ему идти уже невозможно; молодым людям проще — они идут налегке, не обременённые соучастием. Я говорю о соучастии не криминальном. Молекулярный уровень анализа позволяет мне рассматривать соучастие даже в мыслях. „Это было при мне, и я был с этим согласен“, — вот что я имею ввиду. Вот пункт, подле которого замедляется шаг, когда мы бредём назад, в собственную жизнь. Подле этого пункта мы занимаем круговую оборону и отстреливаемся до последнего патрона, потому, что последний бережём для себя“ (Моисей Израилевич Меттер, литературное эссе „Пятый угол“, журнал „Hева“, № 1, 1989 г.).
Некоторые же, сами запуганные герметичным знанием, стремятся запугать других. А если кто встанет на путь самостоятельного освоения нового знания и разрешения жизненных проблем, то подобные Котовскому будут постоянно кликушествовать — как вы смеете, это же — герметичное знание, оно закрыто для вас по определению и потому в принципе недоступно, хотя это знание и есть самое главное знание в жизни, к которому только и стоит стремиться.
Но если Котовский считает, что без тайных знаний для создания концепции, альтернативной Талмуду и Каббале ему обойтись невозможно, то можно дать ему такой совет.
В книге „Великие посвящённые“ Эдуарда Шюре описан эпизод из жизни Хозарсифа — будущего Моисея. Во время некой храмовой процессии Хозарсифу был задан вопрос:
Цитата:
„— Чего добиваешься ты?
— Ничего, кроме вот этого, — и Хозарсиф положил руку на священный ковчег, прикрытый сверкающими крыльями из золота символических птиц. Он отвечал, что желает владеть теми знаниями, что скрыты в ковчеге.
— Следовательно, ты хочешь стать первосвященником Амона — Ра и пророком Египта?
— Нет, я хочу знать, что заключено в этих книгах.
— Как же узнаешь ты их содержание, раз никто кроме первосвященника, не может знать его?
— Озирис говорит когда хочет, как хочет, и кому хочет. Заключённое в этом ковчеге лишь мёртвые книги. Если Дух захочет говорить со мною, Он заговорит.
— Что же думаешь ты предпринять для достижения твоей цели?
— Ждать и повиноваться“. (Эдуард Шюре, „Великие посвященные“, Очерк изотеризма религий. Пер. с французского Е.Писаревой. Второе исправленное издание. Калуга. Типография Губернской Земской Управы. 1914 г. стр.140)
