Глаз голема полностью

– Подумаешь, – сказал он. – Может, ты вообще все это выдумал, откуда я знаю.

– А что я, виноват, что люди такие слепые? — огрызнулся я. – И тем не менее ты все равно полагаешься на мои способности. В твоем распоряжении – опыт пяти тысячелетий, а ты бы хоть спасибо сказал! Отлично. Если не веришь, что тут есть узы, так я с удовольствием приведу их в действие, чтобы ты мог убедиться. Сейчас увидишь, как выскочит волшебник Кавка.

– Нет-нет! – Ишь как зачастил. – Верю я тебе, верю!

– Точно?

Я протянул палец к светящимся нитям.

– Да! Только уймись. Ну, а теперь влезем в окно и застанем его врасплох.

– Пожалуйста. Только после вас.

Он с мрачной решимостью устремился вперед, прямиком на линии вторых уз, которых я не заметил.[52]

Из дома донесся громкий сигнал тревоги, состоящий, казалось, из доброго десятка колоколов и звонков. Весь этот шум длился несколько секунд. Натаниэль уставился на меня. Я – на Натаниэля. Но не успели мы что-либо предпринять, как шум прекратился, и за дверью послышался грохот отодвигаемого засова. Дверь распахнулась, наружу вылетел высокий человек в ермолке[53], с безумными глазами, и громко завопил:

– Я же вам говорил! – орал он. – Еще слишком рано! Он будет готов только на рассвете! Не будете ли вы так любезны оставить меня в п… Ох!

Он только теперь заметил нас.

– Что за черт?

– Почти угадали, – откликнулся я. – Впрочем, это как посмотреть.

Я бросился вперед и прижал его к земле. Мгновение – и его руки были аккуратно стянуты поясом от халата.[54] Это чтобы предотвратить какие-нибудь поспешные жесты, с помощью которых он мог бы призвать к себе на выручку кого-то лишнего.[55] Рот ему мы заткнули куском Натаниэлевой рубашки, на случай, если ему вздумается выкрикнуть заклинание. Управившись с этим, я поставил его на ноги и запихнул обратно в дом – и все это прежде, чем мой хозяин успел хотя бы разинуть рот, чтобы вымолвить приказ. Вот как проворен может быть джинн, когда в том есть нужда!

– Видал? – гордо сказал я. – И даже без особого насилия!

Мой хозяин растерянно заморгал.

– Ты мне рубашку испортил! – заявил он. – Ты разорвал ее напополам!

– Беда какая! – сказал я. – Ладно, закрой дверь. Потолковать можно и внутри.

Закрыв за собой дверь, мы получили возможность оглядеться. Состояние дома мистера Кавки проще всего описать выражением «рабочий беспорядок». Весь пол и все имеющиеся в доме предметы мебели были завалены книгами и страницами разрозненных рукописей. Местами они образовывали замысловатый культурный слой толщиной в несколько дюймов. Все это, в свою очередь, было затянуто тонкой корочкой пыли, ручек и перьев и усеяно многочисленными темными и вонючими пятнами, судя по всему – останками волшебниковых трапез месячной и большей давности. Под всеми этими наслоениями были погребены большой письменный стол, кресло, кожаный диван и, в углу, примитивная прямоугольная раковина с единственным краном. В раковине каким-то образом очутились несколько заблудившихся пергаментов.

Судя по всему, данный этаж домика был целиком занят этой единственной комнатой. Окно в противоположной от входа стене выходило на склон холма и смотрело в ночь: в нем виднелись тусклые далекие огоньки расположенного внизу города. Приставная лестница вела к дыре в потолке – там, по всей видимости, находилась спальня. Однако такое впечатление, что в последнее время волшебник там не бывал: при пристальном взгляде обнаружилось, что под глазами у него набухли серые мешки, а щеки пожелтели от усталости. Кроме того, волшебник был худ как щепка и стоял ссутулившись, как будто у него совершенно не было сил.

В целом, не особо впечатляющее зрелище – что сам волшебник, что его комната. И тем не менее именно тут находился источник вибрации всех семи планов: я ощущал его сильнее, чем когда бы то ни было. У меня аж зубы шатались от этой вибрации.

– Усади его, – распорядился мой хозяин. – Можно на диван. Смахни весь этот мусор на пол. Хорошо.

Сам он уселся на край стола, одну ногу поставил на пол, другой непринужденно болтал в воздухе.

– Так вот, господин Кавка, – продолжал он, обращаясь к своему пленнику на безупречном чешском, – времени у меня мало. Надеюсь, вы согласитесь со мной сотрудничать.

Волшебник смотрел на него усталым взглядом. Услышав его слова, он заметно пожал плечами.

– Предупреждаю вас, – продолжал мальчишка, – я весьма могущественный волшебник. Я повелеваю множеством ужасных созданий. Это существо, которое вы видите перед собой, — тут я расправил плечи и угрожающе выпятил грудь, – всего лишь слабейший и наименее грозный из моих рабов.

На это я ссутулился и опустил плечи.

– Если вы не сообщите мне нужные сведения, вам же будет хуже.

Господин Кавка издал невразумительный звук. Он покачал головой и закатил глаза. Парень посмотрел на меня:

– Как ты думаешь, что это означает?

– А я откуда знаю? Я бы предложил вынуть кляп и попросить объяснить поподробнее.

– Ладно. Но если он произнесет хотя бы слог какого-то заклинания, убей его на месте!