Только челнок вышел из небольшого туннеля перемычки, я тут же открыл люк с отсека, с помощью кода, который помнил наизусть. Наверняка, на приборной панели запищало о разгерметизации. Мне нужно быть готовым к тому, что Крюгер встретит меня с оружием наизготовке. Но тлела надежда, что он, лопух, ничего не заметит.
Я впрыгнул в открывшийся отсек и сразу же его закрыл. Искусственная гравитация впечатала меня в пол. Вызвала тошноту и онемение. За пару секунд я пришёл в себя. Ну или просто некогда было приходить в себя. Я, выжимая из себя остатки сил, встал и, спотыкаясь о выключенных ремонтных ботов, пошел вглубь корабля.
Фиби
Стоило мне обрадоваться появлению камеры Дина, как корабль качнуло. Камера пропала из виду. Теперь я знала наверняка, что мы начали движение и покинули ангар. Обжигающе-страшной мыслью в голове пронеслось “вот и всё”. Зиг не успел. Он не придёт. И я осталась с этим мерзким садистом-Крюгером один на один.
А Крюгер будто почуял моё отчаяние. Может, оно отразилось у меня на лице? Но он, как хищник, подошёл ко мне и, протянув руку, коснулся моих волос.
— Вот и всё, мисс Экспосито. Нас ждёт увлекательное путешествие с красивыми видами на Платинум и полыхающую станцию.
— Вы угробите столько людей и ради чего? — я отстранилась от его руки. — Чтобы Империя утёрла нос Конфедерации? Вам же самому не нравятся кое-какие ваши законы.
Я многозначительно округлила глаза, намекая на закон “Чистого брака”. Империя в последнее время всё больше закручивала гайки. Закрытая под горло одежда, порка за прилюдные поцелуи, секс только после свадьбы, договорные браки. Всё это заставляло некоторых покидать насиженные места и менять лояльность к Империи.
И Крюгер, как мне казалось, был абсолютно не из тех, кто поддерживал “Чистый брак”. Один его взгляд на мою грудь, обтянутую водолазкой, был красноречивее любых слов. Он точно не хранил верность одной единственной. И мне почему-то подумалось, что это — та самая болевая точка, на которой можно сыграть.
— Обсуждать законы Империи со шлюхой из Конфедерации я точно не стану, — равнодушно прокомментировал Крюгер, хотя я заметила в его глазах проблеск злости. Его зацепило.
— Я просто пытаюсь разобраться, как же так вышло, — продолжила я, слегка склонив голову на бок. — Вы готовы на такие жестокие меры, как уничтожение целой станции. Но не готовы признать, что в Империи есть недостатки.
Лицо Крюгера вытянулось, будто я нагадила в его еду. Он замахнулся и зарядил мне звонкую пощёчину. Я отпрянула от него, вжалась спиной в панель.
— Заткнись. Будь послушной девочкой, — прошипел Крюгер, нагнувшись ко мне. От него пахнуло потом и жжёным пластиком. Крюгер пробежался взглядом по моим губам, спустился ниже и ухмыльнулся. — Я уважаю законы Империи, находясь в Империи. На вашем “дальнем рубеже” Император ничего не увидит.
С этими словами он отошёл от меня, опять начал набирать на своём планшете какие-то комбинации. Отчаяние стало сильнее. Ну почему мне так страшно ему мешать? Я ведь должна…
Вдохнув поглубже и уже приготовившись вновь завести разговор с Крюгером, я вдруг увидела тень. Она мимолётно скользнула по полу, и я подняла глаза к иллюминатору. Сначала не увидела ничего. Но потом за стеклом мелькнула рука. Голоса небесных тел, не просто рука. А та, которую я узнаю из тысячи. Нет, из миллиона! Большая, сильная, но дарующая такие ласковые прикосновения.
Я едва подавила в себе желание выкрикнуть имя Зига от радости. Мой герой! Но вместе с радостью меня тут же охватил страх. Он же за кораблём, то есть… в открытом космосе! Он же так погибнет!
Твою мать, я теперь обязана отвлечь Крюгера, чтобы он не убил Зига прежде, чем тот попадёт на корабль. Я плохо себе представляла, как он собирается это сделать, но верила в него ещё больше, чем когда-либо и в кого-либо.
А Крюгер, как настоящий хищник, будто что-то почуял. Стрельнул в меня пронзительным взглядом ледяных глаз. Задержался на руке, которую я по-прежнему сжимала между ног. И прятала переговорное устройство… Крюгер сделал шаг в мою сторону, явно намереваясь дёрнуть меня за руку, но тут где-то внутри корабля раздался шум. Мы синхронно повернули головы на источник звука.
Это наверняка Зиг. Нельзя дать Крюгеру пойти проверить отсеки, иначе… Нет, не буду думать, что иначе.
— Какого чёрта, — ругнулся Крюгер и сощурился.
— Кажется, у вас там что-то красным горит, — промямлила я первую взбредшую в голову ерунду, кивнув на панель возле двери корабля.
— Что? — Крюгер обернулся. — Что ты несёшь?
— Ну, вон там, — не унималась я. — Возле двери. Кажется, это значит, что она не герметично закрыта.
Крюгер зарычал сквозь сжатые зубы и раздраженно уставился на меня.
— Ты зубы мне заговариваешь? — он подошёл ко мне ближе, несильно, но властно взял за шею.
По телу разбежалась волна липких мурашек. Ничего ответить я не смогла. Конечно, голоса небесных тел, я заговаривала ему зубы. Конечно, я истово ждала, когда придёт мой спаситель.
— Я просто хочу в туалет… — вырвалось из моего рта. — Я много говорю, когда хочу писать. Здесь есть туалет?
