Шлыков выпил сок и подумал: как хорошо, если бы он был простым, незаметным человечком и жил в провинциальной глуши, где не слыхали о многомиллионных контрактах, о вражде сильных кланов, имеющих поддержку в правительстве, о закулисных интригах, шпионской технике и снайперах, вооруженных бесшумными автоматическими винтовками. Да, но тогда он был бы нищим! А нищета унизительна. Зато рисковать головой тоже не слишком сладко. А еще нужно иметь мозги, способные мыслить быстрее и лучше противника. Если нет таких своих, то купи и заставь работать на себя чужие мозга! Он сделал все, но в одном месте его успели обойти на повороте, и это потянуло за собой целую серию пусть мелких, однако довольно болезненных проколов, вкупе давших противной стороне тактическое преимущество.
Сейчас придется каяться перед шефом в промахах, но лучше подать их несколько иначе, тем более война хоть и ожесточенная до предела, но тайная!
– Я выставил за всеми участниками нашего матча, – Шлыков иронично улыбнулся, давая понять, что даже в сложных ситуациях есть место шутке, – плотное наружное наблюдение. И вот…
– Погоди, – прервал Сирмайс. – Почему Зайденберг оказался в заложниках? Он же должен был париться в тюрьме за убийство сожительницы! Или я что-то путаю?
– Нет, все верно, – услужливо подтвердил Владимир Серафимович, и Борис Матвеевич почувствовал вдруг неодолимое желание дать этому холую по выхоленной морде.
Кто его, сукина сына, тянет за язык?! Сидел бы и молчал в тряпочку. Впрочем, чего на него злиться, если сам промахнулся, а портить отношения ни к чему: вечно Володька Сирмайсу шепчет на ухо. Наступит момент – шепнет то, что захочет Шлыков!
– Да, – сказал Шлыков вслух. – Владимир Серафимович, как всегда, демонстрирует феноменальную память. Но жизнь вносит свои коррективы: мы не сумели вовремя обнаружить контрнаблюдение противника за квартирой Зайденберга, и после нашего ухода они захватили его. Правда, уже около трупа проститутки и без денег. Благо, еще обошлось без вооруженного столкновения: оно было бы неизбежно при встрече с людьми хромого. Он очень любит использовать вайнахов, а для них мы тени, а не люди.
– Ладно, так или иначе, с Левой все, – Леонид Сергеевич взял рюмку и одним глотком влил в себя спиртное. Жарко выдохнул и закурил новую сигарету. – Подробностей не нужно, я знаю о взрыве. Дальше.
– Подробности как раз нужны, – вновь тонко улыбнулся Шлыков. – С Зайденбергом связана новая игра, в которую втянули подполковника Серова.
– Это тот… – Сирмайс пошевелил пальцами, словно пытаясь подобрать нужное слово, и Антипов немедленно пришел на помощь.
– Да, именно он принес последний привет Муляренко.
– Да! И чего там хромому надо?
– Вот это-то я и хочу узнать, – ответил Борис Матвеевич. – Поэтому выставил наружку, перепроверяю связи и перекупаю любую информацию.
– Чего нарыл?
– Мало утешительного. Они ведут наблюдение за Полиной.
– Я не ослышался? – Леонид Сергеевич даже подался вперед: ведь совсем недавно его убеждали в обратном.
– Нет. Мало того, несмотря на наш запрет, Рогозин продолжает тайком встречаться с ней.
– Этого следовало ожидать, – скривился Сирмайс. – Разыгрался на старости лет! Не догадались вовремя убрать девку. Теперь он завоет, если лишить его любимой игрушки. Впрочем, ты, Боря, подумай, может быть, ей лучше исчезнуть? И насчет мента покумекай. А сейчас отвечай как на духу: они зафиксировали контакты Рогозина с Полиной?
– Ничего не моту с уверенностью сказать, – развел руками Шлыков. – Противник располагает современной техникой, а постоянно устраивать на улицах пальбу тоже как-то… Единственный плюс – встречались они на даче Рогозина, а туда людям хромца хода нет!
– Он присылал за ней машину, – уточнил Антипов.
– Займитесь водителем, – раздраженно бросил Сирмайс, закуривая очередную сигарету. – И хватит тянуть, хватит! Мы и так знаем, кто подставил нам ножку и кто пытается набросить петлю на шею. Я не намерен вечно сидеть на деньгах и ждать у моря погоды. Подготовьте мне встречу с Рогозиным.
– Хотите взять все лично на себя? – Борис Матвеевич поднял на него рысьи глаза.
– Хочу! Если он встречается с бабой, которую я же ему и подсунул, и противник знает об этом, то нечего тянуть, надо идти напролом! Я решу все за один вечер.
– Поедете в машине с правительственными номерами? – деловито осведомился Владимир Серафимович.
– Да, – желчно усмехнулся Сирмайс. – И договорись с Рогозиным о встрече, только не по телефону. А ты, – он обернулся к Шлыкову, – подготовь своих бойцов и пусть отсекут любую чужую наружку. И никаких интеллигентских соплей!
– Я понял, – склонил лысеющую голову Борис Матвеевич. – Тут еще материалы относительно…
– Оставь, я почитаю, – отмахнулся уже занятый своими мыслями Сирмайс. – Утром заберешь. Я вас более не задерживаю, до завтра.
Борис Матвеевич и Владимир Серафимович как по команде одновременно встали и, отперев дверь комнаты отдыха, прошли через кабинет в приемную.
