– Мы здесь умрём, – вполголоса сказала она.
– Не угадала. Пусть старая тварь вернётся, я буду готов. Что она сделает? Швырнёт в лицо порошком? Я отвернусь, прикроюсь, придумаю что-нибудь. Но при нашей следующей встрече она сдохнет!
– Она дождётся, когда ты обессилишь. Наступит день, когда ты не сможешь даже протянуть руку, чтобы напиться. Тогда-то старуха явится, чтобы напоить тебя. Мы здесь умрём.
– Мы спасёмся, слышишь? – Он обнял ладонями её лицо. – Я нас вытащу! – Игорю захотелось обнять свою сокамерницу, и он провёл рукой по её голове. Если им суждено умереть, лучше сделать это обнявшись. Внезапно пальцы нащупали что-то в волосах Лидии, какой-то предмет, небольшой, и судя по всему, металлический. Игорь потянул его к себе, но тот оказался прочно привязан к волосам.
– Лидия, что это?
Ответ не последовал. Игорь аккуратно двумя руками разобрал узел из волос и достал то, что в нём находилось. В руках у него оказался железный ключ.
– Он отпирает решётки? – Лидия кивнула.
Игорь издал беззвучный возглас радости. От избытка эмоций он даже несколько раз подпрыгнул, вскрикивая: «Да! Да!». Но стоило ему отворить ржавую решётку, как Лидия схватила его за запястье.
– Нам не выбраться.
– Выбраться, – ответил Игорь, подняв графин. Вооружился им как дубинкой и поднялся наверх.
Время зельеварства. Дом был наполнен запахом затхлости и скошенной травы. Мерцал красно-алый свет, исходящий от горящих свечей. Потрескивал огонь в камине, над ним булькал котёл. Зелье подсвечивалось, чернело, густело, испарялось и витало воздухе. Слышался старческий голос, выдающий пугающее бормотание. Над котлом стояла низкорослая широкоплечая фигура в чёрном плаще, держа в руке золотую цепочку своего пленника, и бубнила что-то под нос.
Игорь увидел: на полочке лежала шкатулка, которую демонстрировала Лидия. Та самая проклятая посылка, тот самый брикет, что должен быть закопанным в лесу. Сколько раз они проводили этот фокус? Сколько несчастных оказалось в этом проклятом доме? Сколько детей рождено и съедено? С этим пора заканчивать!
Голос старухи стал каким-то громким. Но исходил он не от широкоплечего силуэта, он звучал в ушах. Какое-то нашёптывание в голове. Если бы шёпот был криком, то Игорь слышал бы именно его. Звучало явное повеление. Голос скрипел, царапал и обжигал. Пускал нити, всаживал их в руки, дёргал ими как марионеткой. Ведьма заговаривала золотую цепочку, в то время как Игорь не мог понять нахлынувшего наваждения. Но он ещё оставил свой разум при себе. Он больше не допустит этого ужаса, который ему пришлось испытать после выпитого Леса.
Почему рука не поднимается? Ну же! Осталась самая малость! Одного удара достаточно. Это же всего лишь бабка. Она сверлит голову изнутри. Заткнись! Игорь не понял, сказал он это вслух или нет, но ведьма обернулась.
– Сопляк!
В отчаянии от обнаружения он ничего не придумал, кроме как навалиться на старуху своим телом. Они повалились на пол. На секунду голос в голове затих. Секунды вполне достаточно. Обезумевший от злости, он со всей силы принялся избивать лицо старой ведьмы. Удар, затем следующий, и ещё удар, и ещё. Лицо старухи залилось кровью. После серии ударов он сомкнул руки на морщинистой шее и стал сжимать горло. В тишине послышалось потрескивание огня в печи.
– Удушье не для тебя. История нас научила убивать ведьм.
Игорь схватил её за верх плаща и швырнул головой в огонь. Старуха сразу заорала диким воплем. Руки и ноги задёргались в предсмертных конвульсиях. Игорь крепко держал её за шиворот плаща и придавливал коленом спину.
Сожжение длилось несколько секунд, показавшихся Игорю часами. Ведьма билась, кричала, но не дохла. Не дохла. Не дохла! Когда же она сдохнет?!
– Вы… Все… Умрёте… – то были последние слова ведьмы, сгоравшей заживо в собственной печи.
Вопль стих, руки расслабились и упали на пол. Огонь продолжал трещать, обгладывая голову ведьмы. Игорь убрал ногу и сел на пол, тяжело дыша.
– Хрен тебе.
Он поднялся, чтобы идти вызволять остальных пленников, и похолодел: воздух разразил пронзительный рёв. На секунду Игорю показалось, что ведьма ожила, вот-вот восстанет и шагнёт, протянув к нему худощавые старческие руки. Но тут же сообразил: рёв доносится из подвала.
– Лидия, – сказал он себе вслух и побежал вниз.
Тело ведьмы осталось лежать головой в горящей печи.
Из затемнённой части камеры послышалось рычание, зевание и скрежет когтей. В темноте показался силуэт существа с длинными руками и короткими задними лапами. Силуэт высокого и тощего зверя.
– Лидия, это что?! – с ужасом спросил Игорь.
– Хозяин Леса.
Трёхметровое создание опустилось на руки и на четвереньках поковыляло в сторону сокамерников. Сочившейся слюной пастью тварь вцепилась в лицо лысоголового и отгрызла кусок плоти. Окровавленные ошмётки кожи и черепа разлетелись в стороны под звук хруста и пережевывания. Чудовище ело.
– Аху… б-бежим отсюда!