— В последний день перед отплытием, я узнал, что эскадра намерена преждевременно напасть на Пуэрто-Рико. Там они рассчитывают захватить наибольший куш, капитан.
Мак-Ивен надолго задумался. Потом вдруг встрепенулся, оглядел помощников пытливыми глазами, хотел сказать что-то, но вдруг остановился, усмехнулся, словно погрузившись в свои сокровенные мысли, что было недалеко от истины, промолчал, оставив собеседников в недоумении.
— Капитан, вы что-то придумали? — поинтересовался Барт.
— Нет-нет, Барт! Пока ничего. Одни намёки, о которых не стоит пока говорить. Скажи, Солт, как скоро можно ожидать ту эскадру в этих водах?
— Думаю, что месяца через два они появятся здесь, капитан.
— Отлично, Солт! Это время мы используем во благо себе. Барт, тебе отыскать укромное место неподалёку от Больших Антил. Нужно осмотреть корабль, подремонтироваться, а по пути, если повезёт, пополнить запас звонкого металла. Это нам может вскоре сильно понадобиться. Барт, я жду твоего совета завтра утром. Можете идти пить вино, оно ещё осталось у нас?
Утром Барт доложил капитану свои соображения:
— Значит, поищем место у острова Кулебра, — в задумчивости произнёс капитан, выслушав помощника. — Это надо посмотреть по карте. Принёс?
Барт молча развернул старую карту, разгладил ладонью очень аккуратно, ткнул пальцем восточнее Пуэрто-Рико.
Мак-Ивен сосредоточенно рассматривал карту, водил по ней пальцем.
— Не слишком ли близко, Барт? — Поднял он голову на помощника.
— В самый раз, капитан, — уверенно ответил помощник. — Близко, островки изобилуют коралловыми рифами. Укрыться будет легко. «Миньон» у нас облегчён, пройдём в самых опасных местах, капитан. И всё поблизости. День-два хода — и мы у цели.
Мак-Ивен ещё подумал, посмотрел на молчащего Солта. Вот кивнул.
— Решено, — тихо, но жёстко подвёл капитан обследование карты. — Курс проложен, Барт?
— Как положено, капитан, — бодро отрапортовал помощник.
— Солт, иди командуй. Барт, следи за морем.
На четвёртый день осторожного плавания «Миньон» подошёл к островам.
Здесь вся ответственность легла на Барта. Он неотступно стоял у румпеля, марсовые сидели наверху, высматривая мели и рифы. Постоянно бросали лот, выкрикивая глубины.
Ещё день потратили на поиски подходящего места стоянки. Подходя к берегу, спустили шлюпку и она шла впереди, исследуя дно и рифы фарватера.
Глубины были очень непостоянны. Иногда днище судно скребло кораллы. Вода мутнела от крошева, страх врывался в груди моряков, и всё же судно удалось ввести в закрытую бухточку, окружённую нагромождением рифов и укрытую высокими пальмами, среди которых были и кокосовые.
— За работу, ребята! — прокричал в рупор капитан. — Приготовить всё для ремонта! Команду на берег собирать плоды! Шлюпку отправить на рыбалку, а самых глазастых и шустрых — наблюдать море!
Матросы были рады тверди земной. Работали дружно, весело, сбросив почти все одежды. Горячее солнце тут же опалило их обветренные шкуры, но не смогло остановить их рвения.
— Вот никогда не думал, что могут быть такие красивые места! — не раз восклицал Ивась, всё оглядываясь по сторонам. — И постоянная жарища! Даже в дождь редко зябнешь.
— Хлопчик словно жеребёнок взбрыкивает от восторга, — улыбнулся Демид.
— Да что там, Демид! — защищал друга Омелько. — Пусть порадуется. Не так часто нам это выпадает на долю. А ты, Джон, — он лукаво усмехнулся, — не обращай внимания на этого брюзгу.
— Вот бы пожить здесь, ребята! Блаженные места!
— С красоткой темнокожей, да, хлопец? — хохотнул Демид.
— Не мешало бы, Демид. Сам бы не отказался, верно?
— Боязно как-то с этими негритянками, хлопцы, — признался Демид. — Слишком они непривычны нам.
— А я бы не отказался хоть сейчас, — мечтательно молвил Омелько. — Они такие же бабы, как и наши. Может, ретивей, но это ещё проверить надо, ха-ха!
Ивась слушал со жгучим любопытством, волновался. В душе он соглашался с Демидом. А любопытство всё ж будоражило его юную плоть.
— Вот бы наши начальники соизволили набег сделать на городок здешний! Можно было б позабавиться и с темнокожими!
— Во наш Ивась! — удивился Демид. — Аппетит разыгрался! Губа не дура! И мысль совсем недурственная, ха! Я согласен с хлопцем!
— Кто ж отказался бы, — и Омелько опять загрустил. — А всё ж охота бы взглянуть хоть одним глазком на наши родные места. Соскучился я!
— Нагадал, негодник! — Демид сердито бросил брус на палубу и сплюнул за борт.
— Не плюй в море, Демид, — предупредил Омелько. — Примета плохая. Ещё беду накликаешь. Особенно сейчас, когда кругом испанцы рыщут.
— Я слышал, что лет десять назад эти самые адмиралы, что собрались сюда повоевать испанцев, уже грабили здесь. — Ивась вопросительно глянул на друзей, продолжающих неторопливо работать на палубе.
— И много нахапали? — тут же спросил Омелько.
— Едва увезли домой. Хотя этот самый, Дрейк, годами ещё раньше столько натаскал на своё судно, что серебро больше не брали, швыряли в море, а суда топили. Во дела!
— Жаль, меня там не было, — вздохнул Омелько.
