Сама схватка прошла хорошо! Куол Чёрный Коготь показал себя отличным бойцом. Даже жаль такого было убивать — ловкий, быстрый, довольно сильный! Если бы я не прошёл школу наёмничества, то он вполне меня мог запутать и перерезать мне жилы до того момента, как я нанёс ему заметный урон и затем перерезать мне горло или спустить шкуру — у него были бы всевозможные варианты, что сделать со мной. Но и искажающий камень мне всё же пошёл на пользу и комбинация быстрых ударов, плевка кислотой и выдоха кислоты не оставили ему возможностей, хоть и успел пустить мне кровь.
Оставалось привести к покорности более многочисленных крыс клана Костегрызов, но они в чём-то ему сами помогли: стоящие в первом ряду черношерстные штурмкрысы устроили безобразную драку между собой ровно в тот момент, когда стало ясно что Куол явно проиграл. Они мутузили друг друга кулаками, рвали когтями и зубами (почти бесполезно — на всей пятёрке были довольно неплохие доспехи по меркам пустоши), кололи клинками, пока на ногах не остался единственный, самый здоровенный из них и не уложил своего противника мощным размашистым ударом. После чего он бросил вызов мне.
Вооружённый алебардой, он был силён и для работы в строю наверняка чудо как хорош — но поединок один на один — это совершенно другое! Бросив в петлю на поясе сечку, я разминая кулаки вышел вперёд и поднырнув под его алебарду, вошёл в жёсткий контакт с его тушей, колотя по ней кулаками, как мне показывал когда-то один наёмник. Я лупил своими ороговевшими костяшками и кости, усиленные искажающим камнем, сминали простую, даже не закалённую железную броню, срывали кожу, выбивали зубы. Здоровяк попытался, бросив алебарду, войти в клинч, но ему это тоже не помогло — он устал в предыдущей схватке и теперь шатался всё сильнее после каждого удара. Пока хуком не отправил этот железный шкаф, с лязгом, на землю.
Крысы клана постепенно окружали поверженных штурмкрысов, облизываясь, но я коротко велел:
— Не сметь их жрать!
Как командовать всей этой толпой я не представлял, так что импровизация пошла на полную:
— Ты, старик, сразу видать — умный, раз признал меня за главного! Отойди вот сюда, и жди, я хочу с тобой поговорить.
Высокий, старый (самый старый крысолюд, из которых я когда-либо видел) согнувшийся в три погибели, опираясь на посох встал туда, куда я ему указал. Хороший знак. Если уж он меня слушается, то остальная мелочь тем более должна. Они делились на пару групп, среди которых чётко было видно, где рядовые клановые крысы, а где рабы. От всех тянуло запахом страха, они пригнулись и втянули ушастые головы в плечи и опустили носы, когда я встал перед ними: — Кто у вас главный?
Они переглянулись, сперва растерянно глядя друг на друга, а потом сразу несколькими голосами разной тональности прозвучало:
— Я! Я, новый владыка! Нет, я! Я! Нет, я! — в рядах началась потасовка, и полетели клочья меха и капли крови.
— Скронк! — рявкнул я.
— Да, милостивый владыка, я здесь! — подпрыгнул Скронк Резак, взбивая хвостом пыль.
— Теперь ты командуешь это толпой. Посчитать, осмотреть, разбить на десятки и назначить старших. Буйных, тупых и неслухов — ко мне на расправу. — рубленными фразами я отдал распоряжение. А потом ещё добавил. — Оружие почистить. Бегом!
— Вы слышали что сказал владыка, падаль?.. — побежал к ним новый командир.
— Кто старший среди рабов? — обернулся я к доходягам. Боги, да на них смотреть-то страшно! Изодранные, тощие…
Если кланкрысы устроили драку за то, чтобы стать старшим, то тут наверняка считали что быть старшим — это отвечать за всех и быть первым среди наказанных, а потому они ничего не сказали, а только всем видом выражали покорность. Забитые существа. Ну а что ещё хотеть… Рабы — это запасное мясо на голодный сезон и главная рабочая сила клана, пополняемая из налётов на другие поселения, караваны, переселенцев, залётные банды. И под нож в первую очередь идут самые непокорные, агрессивные.
— Ты. — я ткнул в неуспевшего юркнуть в глубину строя раба, с вытекшим одним глазом и сплошь седой шерстью. Она когда-то была тоже гнедого цвета, а раз сумел дожить до седины, то обладал определённым умом. Для крысы-раба он был велик, и, несмотря на его худобу, видно было, что он принадлежит к самым крупным представителям своей породы. — Ты теперь главный среди рабов и имя тебе Одноглазый. Посчитать всех! Считать умеешь? Отлично. Затем определить сколько из них представителей рас, и кто у себя что умел делать. Ясно?
Крыс часто-часто закивал. Да так, что всё тело задрожало.
Приказал Скаму и Токросу с гоблинами-рабами заняться штурмкрысами — снять доспехи, обработать раны. Эти здоровяки мне ещё могли пригодиться.
В это время подбежала девятка крысят, воинственно пища и потрясая камнями и палками.
— А вы чего сюда сунулись? Малы ещё! На ваш век крови хватит! А пока брысь!
Крысята было обиженно затихли, но под предводительством Хариба тут же побежали что-то исследовать, путаясь в нескладно на них смотрящихся длинных грубых меховых жилетах.
Настало время и для разговора со стариком.
— Как звать-то тебя?
