Чем сложнее задача, тем интереснее решение. Есть с кем посостязаться, просыпается охотничий азарт. Бывает, вокруг человека целый год топчешься, кругами ходишь, пока появится возможность его поймать. Но надо учесть, что у таких воров много денег и солидные адвокаты. Одного моего «подопечного» юристы из Москвы прилетали защищать, писали многочисленные жалобы, организовывали публикации в СМИ.
Он хладнокровный был, нервы железные, любил влезать в квартиры, когда люди спали и забирать деньги и украшения, которые потом дарил своей любовнице. Мы с напарником месяц в машине жили, когда за ним охотились, а он мог часами колесить по городу, чтобы убедиться в том, что за ним нет слежки. Мне восемь раз пришлось ходить на судебные заседания, казалось, что уже не удастся отправить его за решетку. И все-таки он сел».
В то время, когда Дарья беседовала с Куликовым, он только получил звание майора и служил старшим уполномоченным, а теперь он уже подполковник и возглавляет отделение по борьбе с имущественными преступлениями. Ну что же, решила Леденёва, пришло время взять ещё одно «интервью». Она нашла в списке абонентов его фамилию и позвонила, надеясь напомнить про давнее общение и договориться о новой встрече. Но к её удивлению, полицейский отозвался фразой:
– Здравствуйте, Дарья Дмитриевна.
– Есть к вам дело, Николай Николаевич. Могли бы мы с вами встретиться?
– Конечно, приезжайте ко мне сегодня часиков в шесть.
«Вот это школа! – Подумала Дарья с гордостью за краснодарскую полицию. – Шесть лет спустя помнит журналиста, даром что на память жаловался, хранит номер в сотовом и готов сразу встретиться. И время свободное у начальника отделения есть, в отличие от простого оперативника».
И на проходной ей не пришлось ждать, пока охранник будет созваниваться с Куликовым, она только назвала свою фамилию, и услышала в ответ, что её ждут.
Дарья вошла в кабинет, поздоровалась, отказалась от кофе и шутливым тоном спросила:
– Какие новые методы раскрытия преступлений за последние годы взяла на вооружение полиция?
– Техника, конечно, совершенствуется и помогает, но лучше «стука» со времён Франсуа Видока ещё никто ничего не придумал, – с самым серьёзным видом ответил Николай Николаевич, отрастивший усы, но оставшийся таким же стройным, каким был шесть лет назад.
Дарья припомнила, что Франсуа Видок, большую часть жизни проведший в тюрьмах, в начале девятнадцатого века стал агентом полиции, создал разветвленную сеть осведомителей, чем улучшил криминальную ситуацию во Франции, и спросила:
– Ну, когда полиции помогают бдительные граждане, это понятно, они заботятся о собственной безопасности и спокойствии в городе. А преступникам-то какой резон сдавать «собратьев по ремеслу»? Принуждаете?
– Конечно, можно один раз по ситуации надавить на человека психологически, но в дальнейшем из этого ничего хорошо не выйдет. Он должен вносить свой вклад в раскрытие преступлений по собственному желанию. Случается, бывший заключенный потерял свой авторитет на зоне, и вот он уже ненавидит криминальный мир, на блатном жаргоне, «сменил окрас». И даже если ты лично два-три раза отправлял человека за решетку, к нему можно найти подход и получать нужные сведения.
– А что, приходилось ловить одного и того же вора несколько раз подряд?
– Да, одного брал трижды. Это был «гастролер» из Сочи, который приезжал в Краснодар «на работу» и действовал в группах с разными участниками. Сначала они применяли «стахановский» метод, когда главное количество обворованных квартир. Вскрывали один за одним замки дверей, орудия при этом применяли простейшие, такие как отвертка, саморез и т. д. Здесь для воров главное заранее подготовить пути отхода, схватить все, что подвернулось под руку и быстро скрыться. Тогда я задержал его не на месте преступления, а на съемной квартире, но с награбленным добром. Сидел он недолго, и во второй раз был пойман в пятидесяти метрах от обворованной квартиры. Вышел из зоны – и снова взялся за свое. Пришлось несколько месяцев следить за его перемещениями, устанавливать подельников, вычислять рынки сбыта награбленного. Но взяли мы его с поличным. Он сначала попытался скрыться, и я сказал: «Привет, Олег! Куда бежишь? Здоровье у тебя уже не то, всё равно ведь догоню!», а он отвечает: «Если бы я сразу увидел, что это ты, Николаич, и пытаться бы не стал».
Куликов рассмеялся воспоминанию и спросил:
– Но вы сейчас в газете не работаете, детективы пишете?
– От вас ничего не скроешь, – Дарья достала из сумочки и положила на стол книгу. – В этом романе ваш легендарный наставник фигурирует в качестве прообраза одного из героев.
– Борис Назарыч мне уже хвастался. Спасибо, буду рад почитать.
– Может, и вы станете одним из героев.
– Лучше не надо, – ответил подполковник, но был явно польщён.