— Я же сказала уже. Он знает о моём мнении относительно войны и насилия. И потому, Клиос хотел меня переубедить и перетянуть на свою сторону. А вас ему не нужно переубеждать. Вы и так ему помогаете.
— А может быть, он хотел не только перетянуть тебя на свою сторону, но и затянуть…
— Что? Давай, договаривай? Ну? — взорвалась Алекс. Она догадалась, о чём думал Макс.
— Ты поняла меня, — Максу стало невыносимо стыдно и неловко от этого разговора. Он опустил глаза вниз.
— Конечно поняла. Макс, за кого ты меня принимаешь? А? Я что, по-твоему, похожа на ту, которая лишь по одному приказу царя будет бежать в его спальню и прыгать к нему в постель?
— Алекс, прости. Я не хотел тебя обидеть.
— Обидеть. Да ты, — она запнулась. Немного помолчав, Алекс хитро улыбнулась, — Ты ревнуешь? Признайся, ты приревновал меня к царю.
Макс покачал головой. Он наклонился вперёд, подперев плечи руками, и ответил:
— Да. И мне не стыдно в этом признаться, — Басаргин повернул голову в её сторону, — Я схожу по тебе с ума. Разве ты этого не видишь?
Алекс смотрела на него. Глаза её наполнялись влагой, а к горлу подступил колючий ком. Она ничего не могла ему ответить на это. Лишь хлопала огромными, как небо глазами, и, не выдержав напряжения, вскочила с места и убежала в свою комнату.
А Макс, закрыв лицо руками, сидел и думал только о ней:
«Она моё наказание и награда в одном лице. И вместе невозможно, и порознь не выносимо. Алекс, Алекс! Ты одно сплошное противоречие. Прекрасное и недосягаемое».
Илья как раз шёл в направлении своей комнаты, когда его догнала Семила. Она была какая-то взволнованная и растрёпанная.
— Семила? — удивился он, — Что ты тут делаешь?
— Я просто хотела поблагодарить тебя.
— Меня? За что?
— Ты заступился за меня сегодня перед Павлом. Спасибо.
— Да не стоит. На моём месте каждый сделал бы то же самое. И наш капитан в том числе. Он лихо заткнул рот Павлу. Вообще, мне кажется, что только Макс может совладать с этим необузданным выскочкой.
Пока Илья таким нелепым способом оправдывался за своё благородство, Семила, не мешкая ни минуты, поцеловала Картелёва. Крепко вонзившись своими губами в его уста, она слегка приобняла его и руками зафиксировала голову так, чтобы Илья никак не смог увернуться. Потом она улыбнулась и посмотрела в его растерянные глаза, спрятанные за стеклом линз.
— Ты поступил благородно. За меня ещё никто в жизни не заступался. Спасибо.
— И тебе, — растерянно произнёс Илья. Он не знал, как вести себя дальше. От волнения губы его пересохли, и пульс зашкаливал. Сердце и вовсе отплясывало чечётку. — То есть, я хотел сказать, что вовсе и не стоило так беспокоиться и благодарить меня.
— Тебе не понравился мой поцелуй, — разочарованно спросила Семила.
— Нет-нет, что ты, — взволнованно пролепетал Илья, — Понравился. Меня тоже никто так не благодарил. Никогда. А если бы и благодарили, то ради такого можно хоть каждый день совершать какие-нибудь подвиги.
Лицо Семилы расплылось в довольной улыбке. Она ещё раз поцеловала Илью, но на этот раз в щёчку и пожелала ему спокойной ночи:
— Калиторос паритум, — сказала она и упорхнула, словно бабочка, неуловимая и такая же прекрасная.
— Калиторос паритум, — повторил тихо Илья, блаженно улыбаясь и глядя ей в след. Он нежно провёл пальцами по щеке и губам, на которых остались следы поцелуев Семилы и глубоко вздохнул. Когда она исчезла из вида, Илья направился в свою комнату. Ноги его были ватными, а походка шаткой. Но такое блаженство разлилось по его телу, что ему казалось, будто он плывёт по воздуху. Илья вошёл в комнату и, обессиленный, повалился на кровать. Улыбаясь уходящему дню, он тихонько уснул.
Простившись с Ильёй, Семила отправилась к отцу. Но, на полпути, её остановил Кериф. Его Семила безмерно боялась и избегала с ним всяческой встречи.
— Что тебе нужно? — испуганно спросила она.
— Царь прислал меня к тебе. Он ждёт.
Кериф как всегда был не многословен. Но взгляд его говорил о многом. Словно ворон смотрел он на Семилу, раздирая своим взглядом как маленькую беззащитную мышку. Глаза его блестели опасным, лихорадочным блеском. Испытуемая этим электрическим взглядом, Семила покорно пошла за военачальником царя.
Кериф привёл Семилу в зал допросов. Царь уже ждал её там. Он попросил Керифа остаться при их разговоре. И тот с радостью согласился, не выпуская из виду дочь жреца.
— Ну, расскажи, как прошёл сегодняшний день? — Семила видела, что Клиос пребывал в добром расположении.
— Сегодня мы с Алекс, простите, с чужеземкой были в зоологическом саду. Нас там встретила профессор Милара.
— Та сумасшедшая, — усмехнулся Клиос, — Надеюсь, она не болтала ничего лишнего?
— Что вы, владыка, — смущённо ответила Семила и склонила перед царём голову, — Профессор познакомила нашу гостью с животным миром Клариона.
— И что она? Ей понравилось всё?
— На сколько я могу судить, Алекс пребывает в полном восхищении.
— Как ты это поняла?
— Она попросила меня ещё привести её в сад. И профессор Милара произвела на неё приятное впечатление.
