— То есть, убивать во имя жизни теперь более логично и гуманно, чем до того? — не удержался Павел и язвительно прокомментировал своё видение ситуации.
— Я же сказала, что «немного» по-другому стала относиться к тому, что вы помогаете в военном оснащении, — с нескрываемым призрением она ответила Павлу, — Я сегодня слегка прикоснулась к удивительному, неповторимому и прекрасному животному миру Глории. И я по-прежнему не хочу, чтобы хоть кто-то, хоть одна живая душа пострадала от войны. Даже, если это делается во благо тех, кто останется жив.
— Если я тебя правильно понял, в случае победы Хетта погибнет не только Кларион, но и Земля? — проговорил Илья, — Но в таком случае, мы не можем быть безучастными. И война — единственный способ разрешить этот конфликт.
— А может есть и другие способы? — стояла на своём Алекс.
— Боюсь, другого способа не существует, — сказал Макс. — Конечно Хетт, если он знает об этом заклятии, не станет убивать царя и, возможно, сохранит ему жизнь. Но можем ли мы так рисковать и подвергать потенциальной опасности два мира? Думаю, что единственным правильным решением будет продолжить, а главное завершить, начатую ещё нашими родителями, работу. Этим мы поможем и себе, и народу Клариона, и родной Земле.
— Кстати, о работе, начатой нашими родителями, — Павел демонстративно повторил слова капитана, чем обратил внимание своих товарищей на себя, — На днях Варус показал мне один прибор, изготовленный моим отцом. Вы ни за что не догадаетесь, что это?
Но никто и не пытался догадаться. Все молча смотрели на, пытавшегося заинтриговать их, Павла и ждали ответа.
— Что? Никто даже не попытается? А, ну вас! Никакой фантазии. С кем приходиться иметь дело. И эти люди…
— Седой, — остановил Макс, — Хватит причитать и говори уже быстрее.
— Ладно. Мой отец изобрёл телепорт. И это не фантастика. Это — реальная вещь. Правда, с его помощью отцу удалось телепортировать только неодушевлённые предметы, а вот живой организм — нет. Но я сейчас, как раз над этим работаю. Пытаюсь, так сказать, усовершенствовать его разработку.
— Как такое может быть? — спросил его Тигран.
— Я сам не понимаю. Но по записям отца попытаюсь во всём разобраться. И тогда…
— Тогда победа Клиоса — это лишь вопрос времени, — закончил за него Макс.
В помещении воцарилось молчание, которое вскоре нарушила Семила.
— Вы можете верить или нет. Но то, что рассказал Алекс наш царь — сущая правда, — она опустила глаза и нахмурила брови, — История Клариона хранит множество тайн. Есть и такие, про которые нам нельзя рассказывать чужеземцам. Но я думаю, что вы должны об этом знать, — и Семила продолжила, но уже тише, почти шёпотом, — Несколько столетий назад уже было нарушено Великое равновесие. Это случилось во времена правления царя Фиана. Его коварный, жаждущий власти и трона брат Ниоклей убил нашего царя, который так и не успел оставить после себя законного наследника. Царица Эноя не могла иметь детей. Царство и власть и так когда-нибудь перешли бы к Ниоклею, но он не стал ждать и совершил цареубийство. И тут случилось то, что никто не ожидал, даже сам Ниоклей. Кларион сошёл со своей оси и двинулся на встречу Земле. Такой разрушительной силы наша планета не испытывала никогда прежде, — лицо Семилы стало каменным, а глаза наполнились слёз, — Треть населения Клариона погибло.
— Но почему? — перебил её Макс, — Ведь в легенде, то есть в пророчестве, — он исправился, подумав, что определение «пророчество» больше подходит к тому настроению, с которым дочь жреца повествовала о беде, случившейся с её народом много веков назад, — В нём сказано: когда прервётся царский род произойдёт катастрофа. А Ниоклей, он же был братом царя Фиана.
— В семье царя Лироя, отца Фиана и Ниоклея была одна тайна: принц Фиан, наследник трона, был родным сыном царя, а вот принц Ниоклей — нет. Его царь Лирой и царица Деора усыновили. Ниоклей был сыном одного из полководцев царя — Милона Нарийского. Однажды, во время царской охоты он, по нелепой случайности, был смертельно ранен и умер на месте. Царь Лирой долго оплакивал гибель своего полководца и близкого друга Милона, у которого остался маленький сын. Мать Ниоклея умерла вскоре после того, как он появился на свет.
— Значит, вот как Ниоклей отплатил за доброту царя, — Макс покачал головой и добавил, — У нас говорят «От добра — добра не ищут».
— А как же так случилось, что планеты не встретились? — тревожно спросила Алекс. — Что остановило Глорию?
— Дитя! Царь Фиан с раннего детства был влюблён в Никию — дочь служанки, которая присматривала за садом царицы Деоры. Будучи детьми, принц Фиан и маленькая Никия играли в том саду, проводили в нём дни напролёт. Но, вместе с дружбой родилась любовь.
— И что было дальше? — как любой женщине, Алекс было любопытно услышать эту историю до конца.
