А в то время, пока они стояли и спорили, Макс поднял капсулу вверх и стал демонстрировать некоторые манёвры. Так сказать, всё то, на что она была способна. За пять секунд она разгонялась до триста тридцати километров в час. Капсула могла неподвижно зависать в воздухе на длительное время. При этом, движение МИТ-1 было абсолютно бесшумным. Но самое главное её преимущество над всей существующей на планете техникой, было продемонстрированно далее. Заметив цель, Макс развернул МИТ-1. Он потянул на себя нужный рычажок и две огромные пушки высунулись из гладкого блестящего корпуса капсулы. Одним движением большого пальца Басаргин открыл крышку, которая закрывала красную кнопку на верхушке рычага. Словно взвёл курок. Убедившись, что цель находится под прицелом, капитан нажил на кнопку. В тот же миг пушки стали «выплёвывать» сверкающие лучи, которые разнесли цель в щепки за считанные секунды. Ничего подобного царь и его поданные не видели никогда в своей жизни. Уничтожив цель, Макс развернул капсулу в сторону царской свиты. От испуга все ахнули. Реакция придворных была похожа на испуг людей, увидевших в начале XIX прибытие поезда с полотна экранов зарождающегося кинематографа. Быстрый паровоз мчался прямо на них. От страха, они разбежались во все стороны. Кларионцы поступили также, кроме царя. Клиос знал во всех деталях сцены этого спектакля. Макс развернул капсулу и пошёл на снижение. Аккуратно посадив МИТ-1 возле Клиоса, он сказал Тиграну:
— Похоже, смотрины прошли на ура.
— Что-то тебя это не радует. Или я не прав? — спросил Тигр.
— Да нет, просто…
Он не стал договаривать. Только тяжело вздохнул и отстегнул ремни безопасности. При выходе из капсулы их ждал полный восторг и ликование.
— Великолепно, друзья, — лицо царя озарила улыбка, — Она превзошла все мои ожидания.
А придворные, подняв ладони к Солнцу, только и повторяли:
— Вилоста, вилоста!
— Что они говорят? Какое-то не знакомое слово, — спросил Макс.
— Они прославляют вас, — довольно произнёс царь, — Это великий день для моего народа, для Архинона и всей нашей планеты. Я уверен, она повернёт ход войны в нашу пользу.
Клиос подошёл к капсуле и провел рукой по её поверхности. В ней он увидел своё отражение.
— Ну а теперь думаю, что самое время отпраздновать нашу победу.
Они выступили на рассвете. За штурвалом МИТ-1 был сам царь. Овладев за короткое время навыками управления этой «крошкой», он чувствовал себя уверенно, как никогда прежде. И в это утро он вёл свой народ в бой против самого ненавистного им и призираемого врага — Хетта. Мчась впереди полсотни новеньких не бывавших ещё в бою луфертад, МИТ-1 выглядела потрясающе величественно и, в то же время, угрожающе. Сливаясь со всем окружающим её миром, будучи неотъемлемой частью его, капсула несла смертельную угрозу всему живому, самой жизни. Одно понимание этого приводило в необъяснимый ужас и восторг. Именно эти чувства овладели молодым царём. Он ощущал в своих руках силу и мощь, какую его планета до сих пор не видела. Осознание того, что отныне равных ему по силе нет и вряд ли появятся, не могло теперь остановить его не перед чем. Клиос уже предвидел свою победу. Он мчался на невообразимой скорости к месту смертельной схватки. А его военачальники и генералы еле поспевали за ним на, хотя и новых, но отстающих по многим показателям, боевых капсулах — луфертадах.
На борту МИТ-1 вместе с царём находились земляне, за исключением Алекс. Она наотрез отказалась участвовать в этом «кровавом месиве». А Макс, Илья, Тигран и Павел не смогли избежать этой печальной участи. Им придётся стать свидетелями жестокой расправы. Они сидели за спиной царя на пассажирских местах и молчали. То ли от недовольства и нежелания во всём этом участвовать, то ли от того, что было слишком рано. А в такое время вряд ли кому-то взбредёт в голову болтать без умолку.
По правую сторону от царя сидел его верный и самый главный военачальник — Кериф. Он неустанно следил за полётом и был готов в любую минуту сменить царя за штурвалом. Но Клиос, окрылённый приближающимся триумфом, не собирался ни с кем делиться славой. Его цель на сегодня — провести операцию по освобождению, недавно захваченного врагом, города Гонатоса. Холодный, стальной блеск огромных серых глаз царя и подающаяся вперёд осанка говорили о готовности, или даже, о сильном желание поскорее прибыть к месту сражения.
И вот, спустя два часа после вылета МИТ-1 и других, еле плетущихся за ней луфертад, в дали показалась крепость города.
— Вот мы и на месте, — довольно произнёс Клиос, — А что же нас никто не встречает? Это даже как-то не вежливо. Не гостеприимно, что ли.
