И вдруг, в самой гущи зевак стало происходить какое-то движение. А через минуту к помосту уже шёл щуплый, не высокого, относительно всех остальных кларианцев, роста старик. Он был весь седой, с длинной окладистой бородой и в бедняцкой одежде. На трясущихся ногах он поднялся на помост. Стоявшие у ступеней молодые люди помогли ему взобраться на верх. А девушка, что была с ними, пыталась отговорить старика. Но тот лишь грустно улыбнулся и покачал головой.
— Значит, это ты тот смельчак, который осмелился слову царскому перечить? — надменно засмеялся Клиос.
— Да всевышний с тобой, царь! Где уж мне тебе перечить! Да вот только, сказать тебе хочу, по совести:
Не надо было тебе сюда с твоими людьми прилетать. Жили мы мирно с прежним устоем. А вы прилетели — сколько людей хороших полегло. Зачем? — и старик простодушно пожал плечами.
Но Клиос не стал отвечать на это. Он только посмотрел на Керифа и тот понял приказ царя без слов. Военачальник достал из ножен длинный, с усыпанной алмазами рукояткой, кинжал, подошёл к старику и проткнул его эти кинжалом насквозь. Старик безумными глазами посмотрел на царя, потом на своего убийцу и, испустив дух, упал замертво на пол. Кериф вытер окровавленный кинжал о рукав старика и спрятал его обратно в ножны. Все присутствующие при этой низкой, несправедливой расправе над беззащитным стариком, в том числе и земляне, были в ужасе от происходящего.
— Кто-то ещё так думает? — обратился к толпе царь. Но больше смельчаков среди собравшихся не оказалось. — Что ж, будем считать, что вопрос о повиновении моей власти решён. Не позднее завтрашнего дня в Гонатос прибудут новый управляющий города и мои люди. От вас же требуется беспрекословное подчинение им, как представителям моей власти в этом городе. А также, содействие и борьба с нашим общим врагом Хеттом и его людьми. За неповиновение и укрытие врагов каждый из вас будет казнён.
Клиос бросил взор на тело старика и перевёл его на горожан. Вокруг царила полная тишина. Напуганные и взволнованные люди смотрели на захватчиков и не смели и слова вымолвить. А царь и его военачальники спустились с помоста.
— Повелитель, — обратился к царю генерал Орихон, — А как быть с Цетрой? Его величество туда тоже направит управляющего?
— С Цетрой? — повторил царь и задумался, — С Цетрой. Нам нужен был Гонатос. А разве нам нужна была Цетра? Уничтожить!
— Но царь, — не выдержал Макс, — Разве те бедные люди в чём-то повинны? Они, как и горожане Гонатоса могут быть преданными тебе и твоей власти.
— Нет, землянин, — равнодушно сказал царь, — И не уговаривай меня оставить им их жизни.
— Но почему, о великий и справедливый царь?
— Почему? — надменно усмехнулся Клиос, — Видишь их всех, — царь указал рукой на толпу, — Они мне нужны. Они, хотя и малость, но образованы. Их можно чему-то обучить. А те бедняки, что живут в Цетре, они мне не нужны. Они ни чему не учились и не на что не сгодятся.
— Но царь…
— Довольно! — грозно прикрикнул Клиос. Он не дал договорить Максу ни слова.
Давая понять, что расправа с Цетрой — дело решённое, царь-победитель отправился к своей капсуле. Кериф и Басаргин с товарищами проследовали за ним. Макс, Илья, Тигран и Павел были до глубины души шокированы всем, что сегодня произошло на их глазах. Они ничего не говорили, ничего не обсуждали. Им всем одинаково и одновременно хотелось вернуться обратно, в Архинон, подальше от этого места и забыть обо всём, что произошло под стенами Гонатоса и внутри. А самое главное, каждый из них чувствовал свою неоспоримую причастность ко всему тому, что случилось в этом месте, и что ещё произойдёт с бедной деревушкой Цетрой. Теперь они — соучастники большой беды.
Вечером, после славного пира, организованного в честь блистательной победы Клиоса над вражеским войском Хетта, царь позвал землян в Зал советов для беседы и кое-что обсудить.
Макс и его товарищи до сих пор не могли прийти в себя от утреннего боя. Даже для него и Тиграна, повидавших не мало стычек и боёв за время своей военной карьеры, утренняя бойня оставила неприятный отпечатком в памяти. За весь ужин ребята не проронили и слова. Алекс не могла их узнать. Они как будто объявили ей бойкот. На все расспросы её о прошедшем бое, Макс закрывал глаза и качал головой. Другие делали также. Даже Павел, несмотря на свою циничность и язвительный сарказм, был молчалив. Он не меньше других был поражён, с какой жестокостью и хладнокровностью Клиос разделался с врагом. Догоравшие на земле луфертады, везде и повсюду стояли у него перед глазами. Он также, как и его капитан, как и его товарищи молчал. Да и что тут скажешь? Никакими словами нельзя было описать весь тот ужас, который они видели сегодня на заре.
В зал, кроме землян и Клиоса, проследовали ещё Кериф, Заур и вездесущий Шинар. Все расселись за огромным круглым столом, что стоял посреди зала. Царь занял своё почётное место на золочёном, украшенном драгоценными камнями, стуле.
