«Здесь безопаснее, — крикнул я. — Да ладно, к чёрту одежду!»
Раздалась продолжительная очередь из пулеметов, затем в здание врезался еще один снаряд из РПГ.
«Трахни меня». Джерри вывалился в коридор. «Мы пришли сюда услышать историю, а не быть её частью». Он побежал обратно в свою комнату.
«Что ты делаешь? Отойдите от внешней стены!»
Он вернулся с камерой в руке и начал снимать суматоху в коридоре.
Внезапно наступила тишина. Секунды шли. Люди затаили дыхание. По-прежнему ничего. Раздались вздохи облегчения, затем возбуждённый говор.
Джерри кивнул на открытые двери напротив. «Давайте проверим ту сторону здания».
«И тебя подстрелят эти чёртовы солдаты? Они взбудоражатся. Просто оставайся здесь. Пусть они контролируют территорию. Скоро у тебя будет много фотографий».
В одно ухо влетело, в другое вылетело. Джерри метнулся через коридор. Следующее, что я помню, – он уже свисал с балкона, направляя камеру в сторону танка.
Слева от меня раздался всхлип. Молодой иракец, голый, ошеломлённый и весь в крови, шёл по коридору, шатаясь под тяжестью молодой женщины на руках. Я видел, как осколки стекла торчат из неё. Её рука покачивалась в такт его шагам. Они подошли ближе. Я узнал их. Они поженились всего около двенадцати часов назад.
40
Он посмотрел на свою невесту и не мог перестать рыдать. На её лице была огромная рана. Щека была рассечена почти до уха, из-за чего её рот стал вдвое больше. Я не мог понять, жива она или мертва.
Я втолкнул его в свою комнату.
Он сопротивлялся. Он не понимал, что я говорю. Я схватил женщину.
Джерри всё ещё висел на балконе. «Иди сюда, ты мне нужен!»
Муж закричал и попытался оторвать ее от меня, пока я отступала в свою комнату.
Я положила ее на ковер и закричала ему: «Включи свет, включи этот чертов свет!»
Конечно, он не понял. Я вскочил и оттолкнул его с дороги. Он упал на кровать, когда вошёл Джерри. Я толкнул его в сторону мужа. «Заткни этого ублюдка!»
Основное освещение не включилось. Я ударил по прикроватной лампе. Это не особо помогло, но всё же лучше, чем ничего.
Я опустился на колени рядом с ней, почти касаясь лицом её кровавого месива. Я не чувствовал дыхания на своей коже. Её грудь не двигалась. Я приподнял одно её веко. Зрачки не реагировали. Нигде не было никаких признаков того, что она жива.
Я перевернул её на бок, разжал ей губы и засунул пальцы ей в рот. Выковырял пару сломанных зубов, а затем большой комок слизи и крови, который блокировал дыхательные пути. К чёрту тратить время на то, чтобы проверить, есть ли у неё пульс. Мне нужно было дышать за неё, наполнить её лёгкие воздухом. Даже если её сердце ещё билось, без кислорода оно ничего не делало.
Я снова перевернул её на спину, запрокинув ей голову назад, чтобы открыть дыхательные пути. Бедняга вскочил и схватил меня за запястье, отрывая его от жены. «Джерри! Верни его на кровать. Скажи ему, что она умрёт, если он не прекратит валять дурака!»
Она была тёплой, но это ничего не значило. Вероятно, она уже была мертва, но я должен был попытаться. Единственный настоящий труп — это холодный.
Я освободил руку, затем откинул ей голову назад, чтобы снова открыть дыхательные пути. Правой рукой я зажал ей нос, а левой зажал рану на щеке. Её муж закричал: он был так расстроен, что всё ещё не понимал, что происходит. Джерри пытался издавать успокаивающие звуки.
Я набрал полную грудь и прижался ртом к остаткам её крови, ощущая металлический привкус. Я вдохнул в неё – чувствовал, как часть крови просачивается сквозь рану на щеке, но её грудь чуть приподнялась. Я попытался ещё раз, но ничего не вышло. Моя левая рука скользила по её залитой кровью коже. Я не мог удержаться достаточно плотно. Её кровь выплеснулась изо рта, когда я закричал Джерри: «Иди сюда! Держи эту чёртову рану под контролем».
Он подошёл, опустился на колени рядом с ней и схватился за разрыв обеими руками. Я вдохнул, заткнулся и выдохнул.
Её грудь приподнялась. Она вдыхала кислород. Я снова вдохнул в неё.
Муж начал на меня орать. Чёрт его знает, что я тут делаю.
Я вскочил, схватил его за уши и изо всех сил ударил головой. У меня не было выбора. Голова закружилась, глаза наполнились слезами, когда он упал на кровать, размахивая руками. Из носа у него хлынула кровь. Я оттолкнул Джерри в его сторону и снова упал на пол. «Прыгай на этого ублюдка. Прижми его к земле».
Запрокинув ей голову назад, я зажал ей нос и сжал ладонь за распоротую щеку изо всех сил, вдыхая воздух сильнее. Десять глубоких вдохов, чтобы надуть её, сплевывая кровь между каждым. Я всё ещё чувствовал, как воздух просачивается сквозь щёку, но это работало. Голова кружилась. Джерри и муж кричали друг на друга где-то надо мной. Мой мозг тоже жаждал кислорода.
Десять сделано. Я проверил пульс. Засунув два пальца ей в шею сбоку, я проверил сонную артерию. Ничего. Она всё ещё получала кислород только от меня, и её сердце не перекачивало насыщенную кислородом кровь по телу.
Дерьмо.
Я надеялся, что у нее нет переломов в области груди, потому что если бы это было так, то мои дальнейшие действия могли бы ее прикончить.
41
