— Ты хочешь сказать, что в данном случае возникает так-называемый треугольник,— пустился в рассуждения Никишин, чтобы скрыть свое смущение.
— Нет, мы не треугольник, как любили определять похожие ситуации в старину,— грустно усмехнулась Нина.— Мы разомкнутая ломаная-кривая...
— Тогда не кажется ли тебе, как психологу, что наши отношения в чем-то безнравственны?
— Занимаешься самокопанием?
— Нет, просто хочу уяснить этическую сторону.
— Ну, знаешь ли! Свободное отношение между женщиной и мужчиной это и есть высшая форма нравственности.
— Даже если они при этом не вступают в брачные отношения?
— Нужно называть вещи своими именами, Никишин. Какие у нас с тобой брачные отношения? Просто физиологическая близость. От этого тоже не уйдешь, особенно в популяциях с неравным соотношением полов, вроде нашей. Не следует забывать, что и при нормальных условиях, я имею в виду нашу земную цивилизацию, происходит то-же самое. В нашей земной популяции перед нашим отлетом женская половина составляла почти шестьдесят процентов. В дальнейшем это соотношение еще увеличится: таков непреложный закон биологического развития, и та цена, которой приходится оплачивать наше комфортабельное благополучие. Если бы мы не влияли на наследственность, это соотношение составляло бы один к десяти. Ты думаешь, что и в такой популяции остались бы прежние каноны нравственности?
— Не думаю, потому что тогда это бы оправдывалось обстоятельствами.
— Прекрасно, а как быть с естественным стремлением мужчины передать свои «неповторимые» качества возможно большему числу женщин? Ведь это тоже непреложный биологический закон. Женщины по своей природе консервативны, они сохраняют наследственность, выработанную поколениями. Новые качества приспособляемости вырабатываются мужчинами и при резких изменениях жизненных условий, которые грозят гибелью популяции, если она не прореагирует на них, гибнет большей частью мужская половина, поскольку выживаемость женщин выше. В популяции всегда находится некоторое меньшинство мужчин, которые оказываются способными выжить в изменившихся условиях, а поскольку в популяциях к этому времени резко возрастает соотношение в пользу женской части, возникают благоприятные условия для распространения мужчинами новых качеств, способствующих выживанию популяции. Тут уж ни о какой моногамии не может быть и речи.
— Твои биологические концепции пригодны для первобытных популяций. А как все-таки быть с современной моралью?
— Ну, Никишин! Для чего же я так долго и так популярно разъясняю? Истинная нравственность зиждется на осознанных законах биологической необходимости. Любые долго сдерживаемые рамками условной морали инстинкты приводят к извращению их истинного предназначения или психическим заболеваниям, а иногда к тому и другому вместе. Ты-то, как знаток психологии, должен знать об этом.
— Какой из меня знаток,— отмахнулся Николай.— Я скорее интуитивный психолог.
Штапова улыбнулась и с любопытством посмотрела на геолога, как бы оценивая его в новом качестве.
— Вон оно что,— удовлетворенно констатировала она.— А я понять не могла, как это ты иногда успеваешь среагировать на обстоятельства быстрее, чем я...
Обратный путь лыжники преодолели быстрее. Хотя оставался еще один отпускной день, Никишин тайком вынес из информационного хранилища ленты с записями мелкомасштабной стереоскопической планетарной съемки и, внимательно просматривая снятые с высоты спутника материки, вполне уверенно различал древние и молодые геологические формации. Иногда он останавливал медленно плывущие кадры и резко увеличивал масштаб. При сильном увеличении установленная им закономерность затушевывалась, но и мелкие структуры сохраняли направление общего тектонического плана материков. Отмечая наиболее интересные точки, которые следовало проверить в полевой сезон, Никишин не обращал внимания на мерцание сигнальной лампочки до тех пор, пока не затрещал звуковой сигнал. Захваченный врасплох, он подумал, что это психолог и что теперь ему не миновать санкций со стороны Штаповой...
Выключив блокаду двери, Николай увидел у входа Левина.
— Уснул ты, что ли, со скуки?— недовольно проворчал астрофизик.— Пришел тебя проведать, а заодно и наказать пару раз в шахматы, благо игры отпускным распорядком не запрещены.
— Проходи, Рэм Лазаревич, проходи. У меня заготовлены варианты на твои любимые клещи и к тому же я давно мечтаю о реванше! Обычные или стоклеточные?
— Стоклеточные.
— Браво, зверь сам ступает на тропу, уставленную капканами!
Никишин вынул из встроенного шкафа доску со стоклеточными шахматами и высыпал фигуры на столик. Вспомнив, что он оставил включенным стереоскоп, он подошел к телевизору, чтобы снять запись.
— А это еще что? — полюбопытствовал Левин.
— Развлечение от скуки,— будничным голосом пояснил Николай.— Разглядываю пейзажи с птичьего полета.
