Сначала на яйце появился тонкий прокол, потом еще два сверху и снизу. После нескольких толчков скорлупа дала трещины, и наконец из яйца появилась голова новорожденной ящерицы, усеянная шипами. Вдруг голова закрыла весь экран. По-видимому, ящерица уткнулась в передатчик. После нескольких безуспешных попыток ящерица изменила направление и начала бодать головой мусор в другом направлении. Шаг за шагом пробиваясь в рыхлых гниющих остатках, ящерица постепенно скрылась в проделанном ею углублении. Марина переключилась на наружный датчик и продолжала с интересом наблюдать за выходом ящерицы. Вот край кучи зашевелился, и животное прикрыло глаза от яркого света. Несколько минут она оставалась неподвижной и только приоткрытая зубастая пасть и пульсирование кожи на шее свидетельствовали об усиленном дыхании...
В каюту Волынцевой зашла Зина.
— Марина, ты готова? Пора ехать на стройку.
— Сейчас, сейчас. Только взгляну, что она будет делать дальше.
— Потом досмотришь, в записи.
— Ну, Зиночка...
Ящерица, отдышавшись, выползла из мусорной кучи и, пробежав несколько шагов, наткнулась на белый стебель спаржи, только появившейся из-под земли. Острые зубы срезали стебель у основания, и животное с жадностью стало поглощать его.
— Ну вот, теперь мне ясно,— сказала Марина.— Значит, на первых порах они питаются растительной пищей...
Как будто в опровержение ее слов, ящерица погналась за низко пролетевшим жуком. Едва тот упал на траву, как тотчас же скрылся в пасти.
— Такая маленькая, а прожорливая,— поежилась Зина, вспомнив свою встречу с большим «вараном».— Ну пошли. И так нас ждут.
Подруги вышли из каюты и направились к выходу. Спустившись на лифте вниз, они оказались в выходном отсеке.
— Ну вот,— недовольно заметила Зина.— Все уже наверное на эквиплане.
Астужева была права. Едва они поднялись на борт эквиплана и закрыли дверь, как огромная линза эквиплана слабо завибрировала и медленно всплыла над поверхностью земли.
— Опаздываете,— удивленно заметил старший смены Ананьин.
— Марина наблюдала, как ящерицы вылупляются из яиц.
— А-а-а,— протянул биолог.— Уже, значит? А матери поблизости не видно?
— Она свое дело сделала еще осенью,— ответила Марина, усаживаясь у окна,—остальное довели до конца влага и гниющий мусор.
— Я подумал, может быть, она регулирует температуру в куче.
— Видно, не требуется.
Биолога вполне удовлетворил ответ, и Волынцева посмотрела в окно. Степь пестрела яркими красками цветов, образующих то самостоятельные однотонные группы, то пестрое сочетание голубых и желтых тонов. Чем выше поднимался эквиплан, тем быстрее росла его скорость.
Впереди замаячила полоса леса и блеснула водная гладь небольшого озера... Потом полосы леса пошли чаще.
Эквиплан заскользил над рекой, потом накренился и пошел на посадку... Внизу, у реки, среди невысоких сосен, Марина увидела постройки, а чуть дальше, за неширокой полосой леса, жирно поблескивающее черными перевернутыми пластами целика, вспаханное поле...
Станцию строили с размахом. Кроме жилого корпуса предполагалось несколько корпусов для научных исследований, огромная площадь оранжереи, спортивный комплекс с плавательным бассейном, хранилища для коллекций и снаряжения. Чуть дальше, рядом с аэродромом, намечался ремонтный корпус...
В ведение Марины достался цех армированных поросиликатных панелей. Юркие землеройные машины, закладывающие котлованы под фундаменты и подземные сооружения, непрерывно подавали измельченный грунт по элеваторной системе непосредственно в смесители цеха.
Дальше грунт поступал в круговую плавильную печь и через пенообразователь заливался в формы с уложенной арматурой. После продувки воздухом под большим давлением огненная лава схватывалась и быстро застывала в самоохлаждающих формах. Затем на пористую поверхность панели поливался слой пластика и запрессовывались оконные рамы или дверные блоки. Готовые панели доставлялись к месту монтажа полуавтоматическими автокарами.
Движением автокаров в их смене руководил Аким Дагбаев. Это был самый напряженный участок: приходилось следить за погрузкой и движением каждого из семнадцати автокаров, поэтому от исполнителя требовалась мгновенная реакция на изменение обстановки — условия не слишком сложные для тренированного десантника. Правда, когда заданный ритм налаживался, можно было и передохнуть, тем более, что за погрузкой ревниво приглядывала Марина, так как цех имел небольшой запасник и несвоевременная вывозка готовых панелей могла вызвать остановку цеха...
