– Драконы лишены эмоций. Они понимают гнев, ревность и предательство, но не печаль, как люди. Вы можете мучить дракона бесконечно, и никакая боль не заставит его плакать. Вы можете отобрать у них сокровища и порабощать их годами, и они все равно не сломаются. Они прольют слезу только по одной причине.
– По какой причине?
– Любовь. Когда дракон по-настоящему, глубоко любит кого-то, он выпускает драконьи слезы либо потому, что потерял вторую половину, либо потому, что его близкому существу больно. Другого примера не существует.
Кора восприняла эту информацию спокойно, осознавая значение зелья. Теперь она поняла, почему оно было заперто в отличие от других зелий в магазине.
– Итак, ты слился с человеком?
– Это вопрос? – На его лице было то же раздраженное выражение.
– Ты лгал мне раньше.
– Я никогда не лгал. Я просто увиливал от ответа.
– Итак… что это значит?
– Это значит… нам нужно продолжать двигаться, пока охранники не выследили нас. К ночи они будут ползти по этим холмам. Нам нужно добраться до Солстайза раньше, чем это сделает их гонец.
– Почему?
– Я же говорил тебе.
Флэр поднялся на ноги, затем протянул руку, чтобы помочь ей подняться.
– Мне нужно поговорить там кое с кем. То, что я делаю, очень важно.
Она подтянулась за его руку. Боль была невыносимой, но она отказывалась признавать это. Его страдания были намного тяжелее, чем у Коры, так что она не имела права жаловаться. Если он был в состоянии продолжать путь, то и она тоже.
– Тогда давай отправимся.
– У тебя там все в порядке? – Флэр оглянулся через плечо.
– Я в порядке.
Она тяжело дышала и схватилась за бок, когда почувствовала пульсацию. Карабкаться по холмам сейчас было очень сложно. Тяжелый рюкзак добавлял трудностей.
– Похоже, ты не в порядке.
Без особых усилий он вырвался вперед. Если бы Кора не знала, что он ранен, она бы этого не поняла.
– Ну, так и есть.
– Хочешь, я понесу тебя?
– Нет.
– Тогда набирай темп.
Кора собралась с силами и двинулась быстрее, не обращая внимания на боль, пронзающую все ее тело. Разум над материей. Это то, что она должна была постоянно повторять себе. Она сама была причиной того, что случилось, так что ей некого было винить, кроме себя.
Она догнала его и продолжала идти в том же темпе.
Он оглядел ее с ног до головы, убеждаясь, что она действительно справится с этим походом.
– Если тебе понадобится помощь, просто дай мне знать.
– Мне не нужна никакая помощь.
А если бы она ей и нужна была, то унесла бы этот секрет с собой в могилу.
– Хорошо. Кажется, тебе тяжело.
– Прости?
Кора обратила на него свой суровый взгляд, готовая дать ему подзатыльник.
Он улыбнулся, как будто наслаждался ее гневом.
– Я имел в виду твой рюкзак. Но приятно знать, что ты такая же тщеславная, как и я. – Он засмеялся и продолжил идти.
– Ты мне больше нравился, когда был драконом.
– Почему? Я тот же.
– Не совсем. Ты гораздо больше говоришь.
– Раздражает, не так ли?
Он постоянно осматривался вокруг, выискивая врагов.
– Как тебя зовут?
Флэр, должно быть, имя, которое принадлежало дракону, поэтому у человека должно было быть другое имя.
– Флэр. Или у тебя настолько ужасная память?
– У вас не может быть одного и того же имени.
Должно быть, он был другим человеком до того, как слился с драконом. По крайней мере, это то, что она знала об истории драконов и людей.
– Флэр вполне не плохое. Два имени могут сбить с толку.
Ее разрывало от гнева, а затем Кора его выплеснула наружу, как кипящий котел.
– Почему ты просто не скажешь мне?
– Я не хочу.
– Ты спас мне жизнь, но все еще не доверяешь мне?
– Ты не рассказала мне о Дориане, так почему я должен тебе что-то говорить?
Он обратил на нее свои ужасающие голубые глаза. Они были явно враждебны.
– Возможно, я обязан тебе своей жизнью, но этот долг был погашен, когда я отправился в тот город и рисковал своей шеей, чтобы спасти твою. Мы официально квиты.
– Я и не подозревала, что мы ведем счет.
Кора мгновенно стала злой, вероятно, потому, что ее рана все еще болела и у нее была невероятная головная боль.
– Только не задавай мне вопросов, на которые мне не хочется отвечать. Если есть что-то, что я хочу, чтобы ты знала, я тебе сам расскажу.
– Я рассказывала тебе о себе.
– Например, что?
Он вытащил свою флягу и сделал глоток.
– Моя деревня. Моя семья. Мои убеждения. Может, тебе это кажется не таким уж существенным, но для меня это значит многое.
Он вздохнул и убрал флягу.
– Я плохо справляюсь с эмоциями, так что… Не нужно этих девчачьих штучек.
– Девчачьи штучки?
– Где мы настаиваем на обмене чувствами и эмоциями… чушь в этом роде. У нас есть общее дело, и мы должны его выполнить. Давай просто сосредоточимся на этом.
Он раздражал ее больше, чем кто-либо другой в ее жизни, включая Сета.
– Мне жаль тебя.
– Прости? Почему?
– Ты замкнут и никого не впускаешь. Ясно же, что я безобидна, но ты держишь меня на расстоянии вытянутой руки. Почему?
– Наверное, я просто не доверяю людям.
– Ну, я не человек. Я другая.
– Да. Ты упряма, высокомерна и слишком много болтаешь. Ты совсем другая.
Она топнула ногой в знак протеста:
