Когда он поднялся на добрых метров двадцать над стеной, я опустил руку. В тот же миг раздался крик падающего прямо на землю защитника города. Не дожидаясь его приземления, я продолжил идти к воротам. На стенах города началась паника. Можно было услышать топот сотен ног защитников, которые не то пытались сбежать, не то готовились принять последний бой.
Оказавшись прямо перед вратами, я сделал глубокий вдох. Отведя свободную руку назад и сжав её в кулак, я сконцентрировался. Я чувствовал, как рука наливается силой, готовой выплеснуться в любой момент.
Резко выдохнув, я раскрыл глаза и ударил рукой по вратам. Вместе с ударом сила, скопленная для удара, выплеснулась наружу, превратившись в искажающую волну, сметающую все на своём пути. Раздался грохот. Врата под действием силы начало перекручивать, пока вовсе не сорвало с места и не унесло вдаль. Поднялась пыль. В наступившей тишине я вошёл в облако пыли спокойным шагом.
С каждым шагом пыль медленно, но верно оседала. Пока вовсе не осела, открыв мне вид на выстроившихся в ряды защитников города, готовых встретить свою смерть.
Широко улыбнувшись, я покрепче ухватился за меч.
— Повеселите меня, мусор! — крикнул я прежде, чем пойти в атаку.
***
258 г. от З.Э. Тирош.
Ират Рексарион.
Единственная мысль, которая была в моей голове, пока я кромсал защитников города — скука. В какой-то момент я понял, что мне скучно сражаться с простыми людьми. Они не могут оказать достойного сопротивления. Даже численное превосходство уже не играет роли. Бойня на Кровавом камне сделала меня ещё сильнее.
Чтобы получить хоть немного удовольствия от боя, приходилось сильно сдерживаться. Иначе бой мог закончиться за несколько мгновений. Но даже так мне все ещё было скучно.
Невольно я начал мысленно перебирать всех возможных противников, которые смогли бы дать мне отпор. Первым делом в сознании возникли огненные змеи и драконы. Вторых не осталось, а сражаться насмерть с Антарасом как минимум дико. Что до змей, то они довольно скучны, хоть и сильны. Возможно, если пробраться глубже к самим Огням, я встречу и куда более колоссальных тварей, но оставлю этот вариант напоследок.
Из известных мне соперников оставались только немертвые твари, которые все ещё дремлют где-то на севере Вестероса. И не факт, что я ещё доживу до того момента, как они соизволят дать о себе знать.
На секунду я застыл с занесенным над головой мечом. Осознание того факта, что в мире может не оказаться никого, кто бы мог заставить меня почувствовать азарт боя, разозлил меня. Разозлил настолько, что сила, дремлющая глубоко внутри меня, вырвалась наружу вместе с моим яростным криком.
Те немногие, кому до этого момента удавалось уцелеть, буквально в секунду оказались вдавлены в землю. Послышались хруст переломанных костей, крики боли и предсмертные хрипы. Вместе с этим под действием гравитации начали разваливаться ближайшие здания и часть городской стены. Последнее и заставило меня взять себя в руки.
Чудом выжившие защитники, которые не попали под воздействие моей силы, побросали оружие и в страхе бежали, не разбирая дороги. Обуздав свой гнев, я задумчиво смотрел им вслед, подумав о том, что моя вспышка была глупой. Мир так велик, и впереди столько боев, что наверняка найдётся кто-нибудь, способный заставить меня почувствовать боевой азарт.
Уже спокойно выдохнув, я опустил свой меч и уткнул его острие в землю. Осмотревшись, я практически не обратил внимания на количество трупов, лежащих вокруг. Слишком уж это стало привычной картиной. Куда больше моё внимание привлекли здания, чьи стены обвалились и превратились в груды камней. Так же выглядел участок стены вокруг северных врат, отчего проход в город был затруднён.
Оставалось лишь досадливо поморщиться. И сделать в памяти зарубку, что стоит заняться контролем. Силы становятся все больше, а контроль начинает отставать.
Вытянув руку в сторону каменной насыпи, в которую превратился участок городской стены, я создал два вектора притяжения. Они были направлены в противоположные стороны друг от друга. Увеличив силу притяжения векторов в несколько раз, я заставил насыпь прийти в движение. Она раздвинулась в стороны, словно ноги у портовой шлюхи, освобождая проход для моей армии, которая уже была видна по ту сторону от стен.
Не прошло и десяти минут, как в город вошли первые ряды безупречных. Они в тот же миг рассыпались по небольшой площади, которая была перед воротами, оцепляя её. Вслед за евнухами в город вошли миррийские арбалетчики, часть из которых начала занимать уцелевший участок стены и другие возвышенности.
Вскоре в город вошли и командиры армии, в числе которых были и мои приближенные. Среди них был также и Тайвин, который перешёл из числа пленников в союзники. Сейчас он ехал верхом на предоставленной ему лошади и с удивлением смотрел на учиненные мной разрушения.
