— При желании все можно провернуть незаметно, — пожав плечами, ответил бывший наемник. — Но, скорее всего, в планах королевы прирезать нас во сне. Не думаю, что в ее планы входил тот факт, что мы все узнаем.
Я молчал и задумчиво почесывал подбородок. Время уходило, как песок сквозь пальцы. Думаю, что скоро меня хватятся, а значит к этому моменту нужно придумать, что нам делать.
Первое, что приходило на ум — решить все силой. Выйти в зал и одним легким движением руки уничтожить всех, кто в нем находится. Заманчиво, но этот план придется оставить как запасной.
Напряженно думая, я отметал одну идею за другой.
— Сколько у нас людей в городе? — спросил я подчиненного.
— Около сотни, — произнес он, ни капли не раздумывая. — Еще столько же безупречных. И, конечно же, «пташки» Вариса.
Я кивнул, продолжив думать. Джон также выглядел задумчивым, явно прокручивая в голове все возможные варианты.
Конечно, был шанс, что я не почувствую действия макового молока. Слишком мой организм отличается от простого человеческого. В идеале было не подавать виду и намеренно попасть в ловушку, чтобы застать врагов врасплох. Но у меня не было гарантий, что я не погружусь в сон. К тому же, неизвестно, какие концентрации макового молока будут в вине. Каков шанс, что я не отключусь?
— Сможешь незаметно провести наших людей в замок? — поинтересовался я у калеки.
Джон задумчиво почесал подбородок и сокрушительно покачал головой.
— Я не смогу, — признался он, после чего вдруг улыбнулся и продолжил. — Но Варис сможет.
В этот момент из еще более темного закутка, что еще совсем недавно, как я запомнил, освещался горящим факелом, вышел неприметный паренек, которому на вид не было и двадцати. Фигура его была неприметна. Сам он был коротко острижен и одет в одежку одного из слуг. Паренек встретил нас хитрым прищуром и склонился в поклоне.
— Приказывайте, мой король, — с мягкой улыбкой сказал Варис.
***
Интерлюдия. Варис.
Стены Красного замка, расположенного на холме Эйгона, рвались в вечернее небо. Мало кто видел замок Таргариенов с этого ракурса, но для того, кто знал практически все тайные ходы замка, эта картина была не в новинку. Конечно, было нелегко пробраться и выучить их все. Но, как говорит Его Величество, нет ничего невозможного в этом мире.
Всего то и нужно было притвориться слугой. На них, как правило, обращают довольно мало внимания. Особенно если вести себя достаточно уверенно. В этом случае можно даже попробовать пробраться на заседание Малого Совета, но я еще не выжил из ума, чтобы так сильно рисковать. Все же на заседания стараются пускать только доверенных лиц, а простой слуга может вызвать кучу подозрений.
Но это все уже не так важно. Куда важнее тот факт, что мои навыки потребовались Его Величеству, и я не имею права его подвести.
Поправив одежду слуги, я спокойно прошел под стенами замка по направлению к городу, минуя улицы богатых кварталов. Мой путь лежал в Блошиный конец. Туда, где работают совсем иные законы. Трущобы, представляющие собой лабиринт из кривых переулков и поперечных улиц, которые спускаются все ниже и ниже.
Дома там стоят столь тесно, что практически касаются друг друга, отчего в некоторых местах, чтобы протиснуться, приходится буквально прижиматься к стенам. И от этого такие места особенно опасны.
Люди там далеки от высокой морали. Их не интересуют мирские проблемы. Жители Блошиного конца похотливы, чудовищны и омерзительны. Под ногами вечно путаются свиньи или дети в рваных обносках. Калек и попрошаек, наверное, даже больше, чем тараканов во всей Королевской гавани.
Осмотревшись по сторонам, можно увидеть мужчин, чьи зубы обточены настолько, что превратились в иглы. Можно увидеть старух с наростами, что могут превышать размеры головы. Можно увидеть проституток, которых уже сложно отличить от тех же старух.
Другими словами, этот район города совершенно непригляден. Непригляден для всех, кроме меня. Для меня Блошиный конец — это возможности. И сейчас эти возможности помогут мне вновь сослужить добрую службу своему королю.
Идя по относительно широкой Мучной улице, я полной грудью вдыхал омерзительный запах этой части города. Оглядываясь по сторонам, я выцеплял одному мне видимые детали. Постороннему могло бы показаться, что на этой улице произошла война. Война, что разворотила город и изранила здания, вывернув его каменными костями и кишками наружу. Многие здания были полуразрушены, другие же вовсе в плохом состоянии.
Я шел дальше, все глубже и глубже. В самое сердце этого района.
