Во мне поднялась волна гнева, которую я поспешил направить в контратаку. Я сконцентрировался и постарался охватить все поле боя разом. В следующий миг я выставил гравитационный барьер прямо перед надвигающейся лавиной, которая уже практически достигла стены из Дикого огня.
Я сразу же почувствовал напряжение, ведь еще никогда не пытался применять столь масштабное воздействие. Я буквально всем своим телом чувствовал, как лавина давит на гравитационный барьер. Можно было ощутить, как давление становилось все больше, словно Король ночи так же приложил больше сил. Но пламя гнева, что горело во мне, распаляло меня и заставляло выкладываться на полную, не взирая ни на что. Я понимал, что если уступлю, то орда мертвецов сможет достичь наших рядов и тогда шансы на победу сведутся практически к самому нулю.
Не знаю, сколько я уже удерживал лавину на одном месте. Я не мог позволить себе отвлекаться. Лишь краем сознания я отмечал, что лучники начали еще яростнее поливать противника градом из стрел. Требушеты работали на максимуме своих возможностей. Вот только их эффективность изрядно просела из-за пропитанного магией снега. Стоило бочкам взорваться, достигнув рядов мертвецов, как Дикий огонь практически сразу угасал. Он все еще уничтожал пораженных мертвецов, но разгораться никак не желал.
Казалось, что на поле боя вновь восстановился паритет. Казалось, словно силы равны. Но это было далеко не так. В отличие от мертвецов, я чувствовал усталость. Чувствовал, как из носа от напряжения потекла кровь. Чувствовал, как ноги начали подкашиваться. Я стоял только благодаря Тайвину, что вовремя подставил свое плечо.
— Птицы! — вдруг раздался крик.
Стараясь удержать концентрацию, я бросил короткий взгляд на небо. Тысячи мертвых тварей спикировали на наши позиции. Некоторые из них даже попытались достать меня, но Аррен и Тайвин смогли отбить первую атаку. Вскоре подоспели безупречные и окружили меня, стараясь не подпускать пернатых, чтобы те не сбили мою концентрацию.
Тем временем завязался странный бой. Люди пытались защититься от пернатых тварей. Хоть они и не могли нанести много урона, они вносили хаос в наши ряды. И это принесло свои плоды. Некоторые твари очень удачно попадали когтями и клювами, лишая зрения некоторых воинов. Те, в свою очередь, начинали хаотично размахивать своим оружием, которое и собрало первую жатву среди своих же. Начались первые потери.
— Режь! — в тот же миг раздались приказы командиров.
Воины тут же попытались вонзить драконье стекло в своих бывших товарищей, пока те не пополнили ряды армии мертвых. Но, как это обычно бывает, не всегда все идет по плану. Некоторые бойцы все же успели восстать.
Ситуация стремительно ухудшалась. Воины падали один за другим. Кому-то вороны ловко распарывали глотки, а кому-то мелкие птички влетали прямиком в глазницы и, пробив кость, достигали мозга.
Так не могло долго продолжаться, и я на секунду позволил себе прикрыть глаза, чтобы отдать приказ дракону. В тот же миг раздался драконий рев. Антарас, что находился в отдалении от армии, поднялся в воздух, расправив свои огромные черные крылья. Его вел только мой приказ — показать этим пернатым тварям, кто истинный король неба.
В скором времени в небе возникло зарево. Антарас атаковал птиц, собравшихся в одну черную тучу. Вновь раздался рев, что был сродни боевому кличу. Люди в тот же миг подхватили его своими выкриками.
Битва продолжалась. Птиц становилось все меньше, пока, спустя долгие минуты, нападение не было отбито. Павшие были упокоены. Стрелки и требушеты продолжили свою работу. Антарас начал выжигать мертвых своим огненным дыханием. На поле боя все вернулось на круги своя.
Но этот момент затишья не продлился долго. В какой-то момент я все же потерял концентрацию. Стоило мне упасть на одно колено, как меня скрутило в спазме. Из меня вырвался кровавый кашель. Я перенапрягся, удерживая столь большой барьер, который, лишившись моей поддержки, постепенно начинал уменьшаться. Я понимал, что с минуты на минуту он рухнет вовсе, и лавина обрушится на стену из Дикого огня.
Я почувствовал, как мне помогли подняться на ноги. Повернув голову, увидел обеспокоенное лицо Тайвина, который явно не знал, что делать.
Внезапно что-то ткнулось в мою руку, которая на автомате сжалась. Опустив взгляд, я увидел в своей руке нож из драконьего стекла. Не успел я осознать происходящее, как оказавшийся рядом со мной безупречный схватил меня за руку, что все еще сжимала оружие. В следующий миг он смело шагнул вперед, нанизываясь оголенной грудью на оружие.
— Смерти вопреки… — прохрипел он, прежде чем обмякнуть и рухнуть мне под ноги с ножом в груди в районе сердца.
Стоящие рядом Тайвин и Аррен удивленно смотрели на происходящее. Они не могли понять, что произошло. А я тем временем почувствовал, что мне стало легче, а силы стали постепенно восстанавливаться.
