Пираты очень удачно подобрали момент, чтобы атаковать нас. Ночь, густой туман и слабая охрана на наших кораблях, разомлевшая от череды побед и посчитавшая, что никто не рискнет нас атаковать — все это сыграло на руку этим выкидышам портовых шлюх. Мы оказались не готовы к такому вероломному переходу в нападение, и это привело к колоссальным потерям. Винить в случившемся некого, кроме нас самих. Да и не время предаваться унынию, необходимо было спасать корабль.
Наконец-то определившись с целью, я бросился в сторону парочки пиратов, которые напирали на одного из наемников. Еще немного, и парень просто не выдержит натиска. Стремительно двинувшись в сторону сражавшихся, успел только подхватить один из топоров только что поверженного мною противника. Уже на подходе резко ускорился и налетел со спины на пиратов, которые явно не ожидали такого исхода событий. Ни чести, ни отваги. Только использование преимущества.
Один из застигнутых врасплох пиратов получил топором промеж ног. Протяжный вой, полный боли, разнесся над палубой, привлекая к себе внимание. Противник рухнул, продолжая подвывать и заливать округу кровью. Убить не убил, но это временно. Рано или поздно он подохнет от потери крови.
К этому моменту второй пират успел развернуться к новой угрозе, что стало непростительной ошибкой. Наемник, которому я пришел на помощь, не упустил возможности воспользоваться предоставленным шансом и вогнал клинок в незащищенный бок. Сколько бы удовольствия мне не приносило лицезреть неверие на лице этого отброса, но медлить я не стал. Удар мечом по оголенной шее — и очередная голова катится по палубе.
Принимая молчаливую благодарность от спасенного паренька, я наслаждался ощущением все дальше отступающей слабости. Желая продлить это чувство, я опустил взгляд на едва живого пирата с разрубленным пахом. Глаза его уже практически потеряли любую осмысленность.
Возвышаясь на будущим трупом, опустил свою ногу на его голову. Оскалившись, полностью перенес свой вес на эту ногу, попутно увеличивая давление с помощью силы гравитации. Послышался треск проламываемого дерева. И в следующий миг голова лопнула, словно арбуз, превратившись в кровавое месиво.
Убирая ногу, я поймал на себе испуганный взгляд спасенного наемника.
— Чего уставился? — огрызнулся я, смотря ему в глаза и не узнавая собственный голос. — Пираты сами себя не убьют. Пошел, пошел!
Этого оказалось достаточно, чтобы вывести его ступора и заставить действовать. Боец сорвался с места, явно желая оказаться подальше от меня этот момент.
— Если сдохнешь, не убив хотя бы парочку, я обоссу твой труп! — кричал я ему вслед, тем самым придавая скорости.
В этот миг мне пришлось резко развернуться, чтобы принять на меч удар пирата, который с криком решил наброситься на меня со спины. Жалобный звон металла от столкновения двух клинков вплелся в какофонию звуков. Передо мной стоял рослый пират, на полголовы выше меня, и это при условии, что я сам немаленького роста. Если его и удивил тот факт, что я сдержал его удар одной рукой, то точно не сильно. Мерзко ухмыльнувшись, он начал давить сильнее.
— Я тоже так могу, — усмехнувшись, сказал я, увеличивая гравитацию.
Удивленное лицо пирата стало усладой для моих глаз. Ухмылка пропала с его лица. Стиснув зубы, он всеми силами пытался устоять на ногах, уже не пытаясь как-либо давить на меня. Я даже сделал пару шагов назад и с интересом наблюдал за его потугами, а затем начал постепенно наращивать силу. Можно было моментально прихлопнуть его, но я опасался повредить и без того многострадальную палубу.
В какой-то миг мужчина все же не выдержал, и его ноги подкосились. Рухнув на колени, он с суеверным страхом уставился на меня.
— Тебе просто не повезло, — бесстрастно сказал я, взмахом клинка перерезая глотку противника.
Не успело еще тело рухнуть на пол, как я уже переключил свое внимание на новых противников.
— Когда же вы все передохнете, — сплюнув, сказал я, прежде чем ринуться в атаку.
Следующие несколько минут превратились в череду нескончаемых сражений. Стоило только разобраться с одним врагом, как на его место прибегало двое, а иногда даже трое. В какой-то момент я прекратил сдерживаться и начал использовать свои силы на полную. К отрубленным конечностям и головам прибавились раздавленные и покореженные тела. Доски под ногами уже давно покрылись трещинами, от чего издавали жалобный хруст, стоило наступить в том или ином месте.
Сама палуба уже давно полностью окрасилась в красный. Кровь хлюпала под ногами, стремясь просочиться сквозь подошву сапог. Все новые и новые противники то и дело поскальзывались на луже крови или спотыкались об чью-нибудь отрубленную руку или ногу.
Внезапно очередной противник резко застыл, искривив лицо в гримасе боли. Из его груди торчало острие меча. Позади пирата виднелась здоровенная фигура Росса.
— Седьмое Пекло, Росс, — выругался я, посмотрев в глаза подчиненного, — Этот был мой.
